Изготовление поддельных документов статья ук рф: УК РФ Статья 327. Подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков

Содержание

Пленум ВС разъяснит особенности уголовной ответственности за подделку документов

Одна из адвокатов отметила, что в проекте фигурирует новое понимание официального документа, которое учитывает подход, выработанный в судебной практике и уголовно-правовой доктрине. Другой не согласен с позицией разработчиков о квалификации при совокупности преступлений. А третий считает, что Суд должен скорректировать разъяснение о моменте окончания использования заведомо подложного документа.

19 ноября Пленум ВС РФ направил на доработку проект постановления «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324–327.1 УК РФ».

Указанные составы относятся к преступлениям против порядка управления: 

ст. 324 УК устанавливает ответственность за незаконное приобретение и сбыт официальных документов и государственных наград;

ст. 325 – за похищение и повреждение документов, штампов, печатей и похищение акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия;

ст. 325.1 – за неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства;

ст. 326 – за подделку и уничтожение идентификационного номера транспортного средства; 

ст. 327 – за подделку, изготовление и оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей и бланков;

ст. 327.1 – за изготовление, сбыт и использование поддельных акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия.

Пленум даст понятие «официального документа»

Читайте также

Обзор изменений в УК и УПК, а также постановлений Пленума ВС РФ за 2019 г.

С точки зрения либерализации законодательства год был «средним»

23 Декабря 2019

«Принятие данного постановления является весьма долгожданным для юридического сообщества, так как наконец-то затрагивает давние проблемы, возникающие при квалификации преступлений, связанных с оборотом официальных документов. При этом Пленуму ВС предстоит решить непростую задачу, связанную с трактовкой изменений, внесенных в положения ст. 327 УК РФ в 2019 г., ряд из которых не бесспорен», – заметила адвокат, младший партнер АБ «ЗКС» Анастасия Лукьянова.

В п. 1 проекта отмечается, что под официальными документами, предоставляющими права или освобождающими от обязанностей, в ст. 324 УК и официальными документами в ч. 1 ст. 325 УК РФ понимаются такие документы, в том числе и электронные, которые создаются, выдаются либо заверяются в установленном законом или иным нормативным актом порядке федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления либо уполномоченными организациями или лицами и удостоверяют юридически значимые факты.

При этом, подчеркивают разработчики, предметом незаконного приобретения и сбыта официальных документов (ст. 324 УК) могут быть только официальные документы, способные повлечь юридические последствия – предоставление или лишение прав, возложение обязанностей или освобождение от них, изменение объема прав и обязанностей. В качестве примеров таких документов приведены листок нетрудоспособности и медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами.

Анастасия Лукьянова отметила, что в проекте фигурирует новое понимание официального документа, которое учитывает подход, выработанный в судебной практике и уголовно-правовой доктрине, а также п. 35 Постановления Пленума ВС от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях». «Применительно к рассматриваемым составам признак официальности документа определяется как способность документа удостоверять факты, имеющие юридическое значение, при этом источник создания, выдачи и заверения такого документа не имеет первостепенного значения для квалификации», – пояснила Анастасия Лукьянова. Это разъяснение призвано разрешить давнюю неопределенность в судебной практике, считает она: иногда суды признают официальным лишь документ, исходящий от государственных органов.

Часть 2 ст. 325 УК устанавливает ответственность за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа. Из п. 2 проекта следует, что под паспортом необходимо понимать также заграничный, дипломатический и служебный паспорта. Там же даны ориентиры для судов при решении вопроса о том, является ли личный документ важным: необходимо учитывать как минимум характер удостоверяемого факта и последствия похищения документа для гражданина. Так, важными личными документами могут быть вид на жительство, военный билет, водительское и пенсионное удостоверение, аттестат и диплом об образовании.

Разработчики проекта акцентируют внимание на том, что ответственность за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа установлена именно в ч. 2 ст. 325 УК. «В связи с этим похищение, а равно уничтожение, повреждение или сокрытие паспорта или другого важного личного документа не могут квалифицироваться по части 1 этой статьи», – сказано в п. 6 проекта. «Тем не менее Пленуму Верховного Суда не удалось разъяснить противоречие положений ч. 2 ст. 325 УК РФ и ст. 327 УК РФ, предметами которой, в частности, выступают паспорт гражданина и удостоверение», – считает Анастасия Лукьянова.

В п. 3 проекта отмечается, что предметом преступлений, предусмотренных ст. 324 и 325 УК могут быть только подлинные официальные документы, государственные награды РФ, РСФСР и СССР, штампы, печати, акцизные и специальные марки, а также знаки соответствия.

Предметом подделки и поддельными в ч. 1–4 ст. 327 УК выступают паспорт и только такие другие официальные документы, которые предоставляют права или освобождают от обязанностей (п. 4 проекта). Это правило относится и к удостоверениям. При этом подчеркивается, что по смыслу ч. 5 ст. 327 УК об ответственности за использование заведомо подложных документов к таким документам относятся любые, удостоверяющие юридически значимые факты, кроме тех, что указаны в ч. 3 той же статьи. Например, поддельные гражданско-правовой договор или решение общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Под подделкой государственного регистрационного знака в ст. 326 УК предлагается понимать как его изготовление с нарушением установленного порядка, так и внесение в правомерно изготовленный знак изменений, которые допускают иное прочтение – удаление символов, подчистку и подкраску (п. 7 проекта).

Анастасия Лукьянова отметила, что в п. 8 проекта нашел отражение уже давно признанный в теории уголовного права отказ от признания понятия подделки документов лишь в качестве их материального подлога. «В соответствии с этим пунктом подделка охватывает собой как случаи материального подлога документов ("незаконное изменение отдельных частей подлинного официального документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающих его действительное содержание"), так и случаи интеллектуального подлога документов ("изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием подлинных бланка, печати, штампа"). Данное разъяснение приравнивает понятие подделки к подлогу, традиционно считавшемуся более широким понятием», – объяснила адвокат.

В п. 9 отмечается, что, признавая лицо виновным в использовании заведомо поддельного удостоверения или иного предоставляющего права или освобождающего от обязанностей официального документа, суд должен выяснить, какие именно права мог предоставить или от каких обязанностей мог освободить такой поддельный документ. Верную квалификацию разработчики проекта иллюстрируют ссылками на предъявление поддельного диплома при трудоустройстве и поддельного водительского удостоверения инспектору ДПС.

Предполагается, что в ст. 327 УК РФ под использованием заведомо поддельного документа понимается его представление как по собственной инициативе, так и по требованию уполномоченных лиц и органов в соответствующее учреждение или уполномоченным лицам в качестве подлинного в целях получения (подтверждения) права или освобождения от обязанности. «Кроме того, в п. 10 проекта закреплен давно ожидаемый отказ от неосновательного расширения перечня документов, относимых к предмету преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 327 УК РФ, который теперь не включает документы подлинные, но не имеющие юридической силы либо принадлежащие другому лицу», – отметила Анастасия Лукьянова.

Адвокат не согласен с предлагаемым пониманием совокупности

Ряд разъяснений посвящен квалификации преступлений при совокупности. Так, в п. 5 проекта подчеркивается, что похищение государственных наград является одним из способов их незаконного приобретения и квалифицируется по ст. 324 УК РФ. Однако если похищение наград сопряжено с применением насилия, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. 324 УК и соответствующей статьей Кодекса об ответственности за преступление против жизни и здоровья.

«На мой взгляд, было бы логичнее подобные действия при наличии оснований квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 324 УК и соответствующими статьями главы о преступлениях против собственности: п. "г" ч. 2 ст. 161 (грабеж с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой его применения), ст. 162 (разбой), ч. 1, п. "в" ч. 2 ст. 163 (вымогательство, совершенное с угрозой применения насилия либо применением такового)», – считает адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов. По его мнению, этот подход можно обосновать целью и мотивами: действия явно направлены не на причинение вреда жизни или здоровью, а на незаконное получение имущества – государственных наград.

«При этом, как очевидно следует из данного пункта проекта, действия, направленные на хищение указанных наград, не сопряженные с применением насилия, по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 324 и 158 УК, квалифицироваться не должны, так как целиком охватываются составом ст. 324 Кодекса. Однако в таком случае не вполне понятно, каким образом квалифицировать действия по хищению государственных наград, совершенные, например, с незаконным проникновением в жилище? Очевидно, что такие действия имеют большую общественную опасность, так как одновременно посягают и на иное гарантированное Конституцией право», – пояснил свою позицию адвокат.

Однако, добавил он, ст. 324 УК такого квалифицирующего признака не содержит, а совокупности с преступлением, предусмотренным п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как следует из разъяснений, не образует. «В то же время, квалификация при подобных обстоятельствах по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 324 и 139 УК (нарушение неприкосновенности жилища), на мой взгляд, тоже не вполне верна, так как очевидно в рассматриваемом случае имеется корыстный мотив и цель завладения имуществом, которые ст. 139 Кодекса никак не охватываются», – убежден адвокат.

Эксперты критикуют и подход к определению момента окончания преступления

Пункт 11 касается момента окончания использования заведомо подложного документа. По мнению разработчиков, такое деяние квалифицируется как оконченное преступление с момента представления документа с целью получения прав или освобождения от обязанностей и независимо от ее достижения. При этом подчеркивается, что если подложный документ затем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то сроки давности уголовного преследования исчисляются с момента фактического прекращения использования поддельного документа. «В этом пункте нашел свое отражение появившийся не так давно в судебной практике спорный подход к исчислению сроков давности уголовного преследования за один из частных случаев использования подложного документа, значительно отягчающий положение обвиняемого», – указала Анастасия Лукьянова.

Адвокат МКА «Князев и партнеры» Артем Чекотков полагает, что тем самым разработчики стараются подчеркнуть двойственную природу использования подложного документа, которое в зависимости от фактических обстоятельств дела может быть как «одноразовым», так и длящимся. «Вместе с тем не совсем ясно, что следует понимать под "дальнейшим использованием". Например, является ли длящимся преступлением единоразовое предъявление подложного сертификата, подтверждающего знание иностранного языка, пилотом в авиакомпанию, если в дальнейшем этот документ хранится в личном деле? Или все же Верховный Суд говорит о повторном предъявлении документа – например, диплома о высшем образовании – при попытке трудоустроиться в различные организации? Представляется, что данный пункт проекта нуждается в корректировке, в противном случае проблемы в применении уголовно-правовой нормы сохранятся», – пояснил Артем Чекотков.

По его мнению, момент окончания использования подложного документа – один из наиболее проблемных вопросов квалификации. «Учитывая, что речь идет о преступлении небольшой тяжести, правильное определение момента окончания – гарантия надлежащего исчисления сроков давности и обеспечения возможности освобождения от уголовной ответственности», – подчеркнул адвокат.

В отсутствие руководящих разъяснений ВС в практике нижестоящих судов было выработано несколько подходов к определению момента окончания, рассказал Артем Чекотков: «Во-первых, как момента прекращения возможности использования подложного документа. Как, например, в Постановлении Московского городского суда от 20 октября 2017 г. по делу № 4у-4834/2017. И, во-вторых, как момента предъявления подложного документа – Постановление Московского городского суда от 13 ноября 2017 г. по делу № 4У-5546/2017. То есть использование подложного документа признавалось судами как "одноразовым", так и длящимся преступлением». 

Разработчики обратили внимание на возможность применить малозначительность

В п. 16 подчеркивается, что деяния, предусмотренные ст. 324, 325, 325.1, 326, 327, 327.1 УК, совершаются только умышленно. В следующем пункте разработчики напоминают, что в ряде составов обязательным признаком является цель или мотив. То есть, к примеру, отсутствие при изготовлении поддельного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, цели его использования исключает уголовную ответственность. По мнению Николая Герасимова, эти разъяснения при их верном применении должны гарантировать отсутствие случаев объективного вменения – ответственности за «невиновные» действия или бездействие.

В п. 18 обращено внимание на тот факт, что деяние, формально подпадающее под одну из статей особенной части УК, в силу малозначительности может не иметь общественной опасности. «При решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, следует принимать во внимание, в частности, количественные и качественные характеристики предмета преступления, мотив и цель, которыми руководствовался обвиняемый (подсудимый), обстоятельства, способствовавшие совершению деяния», – сказано в проекте. «К сожалению, данные разъяснения, хотя и являются давно и широко известными, на практике применяются чрезвычайно редко. Хотелось бы надеяться, что подобные разъяснения будут излагаться не только в Постановлениях Пленума, но и при рассмотрении конкретных дел», – заключил Николай Герасимов.

Пленум ВС разобрался с поддельными документами и автомобильными номерами — Верховный Суд Российской Федерации

Пленум Верховного суда РФ обсудил проект постановления по делам о преступлениях, посягающих на установленный порядок обращения официальных документов, госнаград, акцизных марок, а также порядок учета транспортных средств. Выяснилось, что судебная практика весьма противоречива. А последние изменения в уголовное законодательство только добавили проблем правоприменителям.

Отсутствие ясности и единообразного подхода

Докладчик — судья ВC РФ Татьяна Ермолаева напомнила, что в 2019 году законодатель внес существенные изменения в статью 327 УК РФ, направленные на усиление ответственности за подделку, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков. Кроме того, неоднократно подвергалась редактированию в сторону ужесточения статья 327.1 УК РФ (изготовление, сбыт поддельных акцизных марок, специальных марок или знаков соответствия).

— Данные изменения, не во всем последовательные, а по ряду моментов и противоречивые, принесли целый ряд проблем в судебную практику по уголовным делам о таких преступлениях, — посоветовала судья ВС РФ.

Ермолаева привела общую статистику. За совершение преступлений, предусмотренных статьями 324–327.1 УК РФ, ежегодно осуждается по основной квалификации порядка 11–12 тыс. лиц. При этом в отношении четверти обвиняемых уголовные дела были прекращены судами по нереабилитирующим основаниям. В том числе с назначением судебного штрафа. Подавляющее большинство лиц (около 95%) привлекаются по статье 327 УК.

— Изучение судебной практики выявило отсутствие у судов ясности и единообразного подхода по целому ряду вопросов применения этой статьи, — сообщила судья ВС.

В первую очередь, по словам Ермолаевой, трудности связаны с отсутствием законодательных определений понятий «официальный документ», «официальный документ, предоставляющий права или освобождающий от обязанностей», а также «важный личный документ». При том что для целей уголовно-правовых отношений затруднительно, а порой и неверно использовать трактовку документов, содержащихся в других отраслях права. На это обстоятельство обращал внимание Конституционный суд РФ в определении от 19 мая 2009 года. Также законодателем не предложены четкие разграничения критерия различных видов документов. А его подход к установлению преступности и наказуемости неправомерных деяний с этими документами не вполне последователен.

Ермолаева привела пример. Так, согласно статье 325 УК РФ, за похищение паспорта гражданина ответственность менее строгая, нежели за аналогичные действия в отношении других официальных документов. А согласно статье 327 УК РФ, наоборот, подделка паспорта и его использование влекут более строгое наказание, чем подделка официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей.

Как разграничить документы между собой

Ермолаева сделала краткий обзор содержания проекта постановления, состоящего из 19 пунктов. Судья ВС назвала документ «достаточно лаконичным», но при этом таким, который исчерпывающе объединяет в себе разъяснение только тех вопросов, которые волнуют правоприменителя.

В пунктах 1–4 рассматривается предмет преступлений, предусмотренных статьями 324, 325 и 327 УК РФ. В этих пунктах, по словам Ермолаевой, содержится ответ на главный вопрос: что понимать под конкретными видами документов и как их разграничить между собой.

В пункте 1 с учетом сложившейся судебной практики разъясняется, что под официальными документами, предоставляющими права или освобождающими от обязанностей, в статье 324 УК РФ и официальными документами в части 1 статьи 325 УК РФ понимаются такие документы, в том числе электронные, которые создаются, выдаются либо заверяются в установленном законом или иным нормативным актом порядке федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления либо уполномоченными организациями или лицами. А главное назначение данных документов в том, что они удостоверяют юридически значимые факты.

К числу таких документов в полной мере относятся и электронные документы. Признание материальности электронного документа как разновидности документа и его равнозначности документу на бумажном носителе следует из положений федеральных законов об информации и об электронной подписи.

— В условиях развития цифровых технологий и все большего применения электронного документооборота неправомерные действия в отношении электронных документов, являющихся официальными, могут быть квалифицированы по статьям 324 и 325 УК РФ, а их подделка — по статье 327 УК РФ, — пояснила Ермолаева.

Пункт 2 проекта посвящен документам, именуемым «важные личные» для целей части 2 статьи 325 УК РФ (похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа). Помимо паспорта гражданина (в том числе заграничного, дипломатического или служебного), к таковым относятся военный билет, водительское удостоверение, пенсионное удостоверение, аттестат или диплом об образовании, свидетельство о регистрации транспортного средства, паспорт транспортного средства и другие. То есть принадлежащие гражданину документы, удостоверяющие юридически значимые факты и наделяющие его определенным юридическим статусом, рассчитанные на их многократное или длительное использование.

Корреспондирующие разъяснения содержатся в пункте 6 проекта. Там указывается, что похищение, а равно уничтожение, повреждение или сокрытие паспорта или другого важного личного документа не могут квалифицироваться по части 1 статьи 325 УК РФ (похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, штампов или печатей).

— Данное разъяснение отражает принципиальную позицию президиума Верховного суда РФ, выработанную в течение многолетней практики, — отметила Ермолаева.

Поддельный или подложный?

В статье 327 УК РФ в результате внесения в нее изменений в 2019 году установлена ответственность за использование не только заведомо поддельных (часть 3), но и подложных документов (часть 5). В пункте 4 проекта предложено разграничение этих преступлений.

— Оно основано не на различии используемых законодателем синонимичных терминов, а исходит из характеристик документов, охраняемых разными частями одной статьи уголовного закона, — пояснила докладчик.

Так, по смыслу части 5 статьи 327 УК РФ к заведомо подложным документам относятся любые поддельные документы, удостоверяющие юридически значимые факты, за исключением поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей. Например, подложные гражданско-правовой договор, диагностическая карта транспортного средства, решение общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Похищение госнаград: позиция КС и практика ВС

Статьей 324 УК РФ (приобретение или сбыт официальных документов и госнаград) в равной мере охраняется оборот государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР. Однако хищение официальных документов состава преступления, предусмотренного этой статьей, не образует. Ответственность за это преступление выделена в самостоятельную норму (статья 325 УК РФ). Тогда как ответственность за похищение госнаград самостоятельной нормой не является. В связи с этим в судебной практике отсутствует единый подход к решению вопроса о том, является ли хищение способом незаконного приобретения государственных наград и как именно такие действия должны квалифицироваться — по статье 324 УК РФ или по статье УК РФ, предусматривающей ответственность за хищение имущества. В пункте 5 данная проблема правоприменения разрешается следующим образом: похищение государственных наград РФ, РСФСР и СССР является одним из способов их незаконного приобретения и квалифицируется по статье 324 УК РФ. Если похищение наград было сопряжено с применением насилия, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных статьей 324 УК РФ и соответствующей статьей УК РФ об ответственности за преступление против жизни и здоровья.

— Данное разъяснение основывается на правовой позиции КС РФ о том, что публично-правовая природа государственной награды как нематериального блага исключает возможность признания данного блага объектом права собственности. А также подтверждается практикой ВС РФ по данному вопросу, — сообщила Ермолаева.

Что признается подделкой автомобильных номеров

Пункт 6 посвящен статье 326 УК РФ (подделка или уничтожение идентификационного номера транспортного средства). Разъясняется, что к использованию заведомо подложного государственного регистрационного знака относится, в частности, установка на транспортном средстве в целях совершения преступления либо облегчения его совершения или сокрытия изготовленного в установленном порядке государственного регистрационного знака, отличного от внесенного в регистрационные документы данного транспортного средства (например, выданного на другое транспортное средство), управление в этих же целях транспортным средством с установленным на нем таким государственным регистрационным знаком.

При этом подделкой государственного регистрационного знака признается изготовление такого знака в нарушение установленного законодательством о техническом регулировании порядка либо внесение в изготовленный в установленном порядке знак изменений, искажающих нанесенные на него символы (например, путем выдавливания, механического удаления символа (символов), подчистки, подкраски) и допускающих иное прочтение знака.

Трудности применения статьи 327

Пункты 8–14 проекта посвящены вопросам применения статьи 327 УК РФ. В частности, в пункте 8 разъясняется, в чем именно состоит подделка документа. В пункте 10 предложено толкование «использование поддельного (подложного) документа». При этом обращено внимание судов на то, что использование лицом своего подлинного документа, являющегося недействительным (например, с истекшим сроком действия), либо подлинного документа, принадлежащего другому лицу, или предъявление вместо надлежащего документа схожего с ним подлинного документа не образует состава преступления, предусмотренного частью 5 статьи 327 УК РФ.

В пункте 11 содержится ответ на вопрос о моменте окончания использования заведомо поддельного (подложного) документа. Здесь же разъясняется, что если представленный лицом с указанной целью заведомо поддельный (подложный) официальный документ и в дальнейшем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации), то предусмотренные статьей 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования за такое преступление следует исчислять только с момента фактического прекращения использования поддельного (подложного) официального документа, в том числе в результате пресечения деяния.

Вопросы квалификации

Ермолаева отметила, что с использованием незаконно приобретенных или поддельных официальных документов, печатей, штампов и бланков совершаются более опасные преступления — различные мошенничества, контрабанда, экономические преступления. В связи с этим у судов нередко возникают вопросы, связанные с квалификацией таких деяний, либо по совокупности таких преступлений, либо только по статье о более тяжком преступлении, способом которого охватывается незаконное использование документов, штампов, печатей, бланков.

В связи с этим в пунктах 12 и 13 проекта внимание судов обращено на ситуации, требующие квалификации деяний по совокупности преступлений, предусмотренных как разными частями статьи 327 УК РФ, так и другими статьями УК. Также здесь отражены случаи, когда использование для совершения другого преступления заведомо поддельного документа, изготовленного иным лицом, охватывается способом совершаемого преступления (например, мошенничества) и не требует самостоятельной правовой оценки по части 3 или 5 статьи 327 УК РФ.

Пункт 14 содержит разъяснения относительно квалификации деяний по части 4 статьи 327 УК РФ и случаев, когда деяния могут быть признанными как совершенные с целью облегчить или скрыть совершение другого преступления. Например, когда подделка и предъявление поддельного документа используются с целью незаконного получения доступа в жилище или хранилище для совершения кражи.

Спор о поддельных акцизах

Пункт 15 касается применения статьи 327.1 УК РФ об ответственности за изготовление, сбыт поддельных акцизных марок, специальных марок или знаков соответствия, защищенных от подделок, или их использование. Данный пункт был предложен на рассмотрение пленума с вариантом. В частности, членам пленума надо было определиться, могут ли нести ответственность по части 4 или 6 статьи 327.1 УК РФ лица, которые сами не маркировали алкоголь и табак поддельными марками, но которые приобрели в целях сбыта такую продукцию, достоверно зная, что размещенные на ней марки поддельные, а затем сбывали ее. При этом, подчеркнула докладчик, следует иметь в виду, что указанные лица не совершали действий, которые описаны в диспозиции статьи как использование поддельных марок для маркировки.

— Мнения судов по этому вопросу существенным образом разделились. Этот вопрос требует обсуждения, — констатировала Ермолаева.

В итоге проект постановления был отправлен на доработку в редакционную комиссию.

Алексей Квач

В МВД рассказали о делах, заведенных из-за фальшивых справок по COVID-19

https://ria.ru/20210701/moskva-1739356280.html

В МВД рассказали о делах, заведенных из-за фальшивых справок по COVID-19

В МВД рассказали о делах, заведенных из-за фальшивых справок по COVID-19 - РИА Новости, 01.07.2021

В МВД рассказали о делах, заведенных из-за фальшивых справок по COVID-19

По факту незаконного оборота поддельных медицинских документов, связанных с коронавирусом, в Москве в 2021 году возбуждено 44 уголовных дела, сообщил РИА... РИА Новости, 01.07.2021

2021-07-01T10:06

2021-07-01T10:06

2021-07-01T10:18

распространение коронавируса

происшествия

москва

здоровье - общество

владимир васенин

россия

коронавирус covid-19

коронавирус в россии

/html/head/meta[@name='og:title']/@content

/html/head/meta[@name='og:description']/@content

https://cdn22.img.ria.ru/images/07e4/06/0b/1572801158_0:158:3077:1889_1920x0_80_0_0_c0b83f34738b46589ced6480d0317181.jpg

МОСКВА, 1 июл - РИА Новости. По факту незаконного оборота поддельных медицинских документов, связанных с коронавирусом, в Москве в 2021 году возбуждено 44 уголовных дела, сообщил РИА Новости начальник управления информации и общественных связей столичной полиции Владимир Васенин."В текущем году по фактам изготовления и сбыта фальшивых медицинских документов возбуждено 44 уголовных дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 327 УК РФ, часть из которых уже направлена в суд для рассмотрения по существу", - сказал Васенин.Речь, уточнил он, идет о пресечении распространения поддельных сертификатов о вакцинации от COVID-19, справок об отрицательных результатах ПЦР-тестов, выявлении антител к вирусу либо о медицинских противопоказаниях к вакцинации.Кроме того, добавил Васенин, сейчас полицейские проводят комплекс мероприятий, направленных на пресечение незаконного генерирования, подделки и использования QR-кодов, введенных в столичном регионе.Статья 327 УК РФ (подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков) предполагает до 4 лет лишения свободы.

https://ria.ru/20210630/feyki-1739255478.html

https://ria.ru/20210618/sertifikat-1737645497.html

москва

россия

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn21.img.ria.ru/images/07e4/06/0b/1572801158_174:0:2905:2048_1920x0_80_0_0_209e397f2192a21efbcfc23006bf7b22.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

происшествия, москва, здоровье - общество, владимир васенин, россия, коронавирус covid-19, коронавирус в россии

10:06 01.07.2021 (обновлено: 10:18 01.07.2021)

В МВД рассказали о делах, заведенных из-за фальшивых справок по COVID-19

За подделку сертификата о вакцинации грозит уголовная ответственность - Минздрав РБ

В последнее время, в связи с ужесточением в Башкирии и ряде регионов страны противоэпидемиологических мер, стали поступать сигналы о попытках получения сертификатов о вакцинации против СOVID-19 без фактической вакцинации. Подделка медицинских документов может грозить серьезными неприятностями, вплоть до уголовного преследования, сообщает пресс-служба Минздрава Башкирии со ссылкой на помощника министра здравоохранения Марата Гараева.

«Подобные действия несут не только дисциплинарную ответственность, но и уголовную. По статье 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) «Превышение должностных полномочий» (карается вплоть до лишения свободы на срок до четырех лет), частями первой и третьей статьи 290 УК РФ «Получение взятки» (наказание вплоть до лишения свободы на срок до восьми лет), частями первой, второй статьи 292 «Служебный подлог» (до четырех лет лишения свободы). Некоторые могут полагать, что взятка в пару тысяч не повлечет наказания, но получение или посредничество в получении взятки мелких размеров – это статья 231, прим. 2 УК РФ «Мелкое взяточничество», карается лишением свободы на срок до одного года. Кроме того, возможные попытки отдельных лиц «торговать» сертификатами о вакцинации или их бланками также повлекут наказание в виде лишения свободы на срок до шести лет по части третьей статьи 159 УК РФ "Мошенничество"», — отметил Гараев.

Он также подчеркнул, что использование гражданами заведомо подложных сертификатов о вакцинации (оригинальных без прохождения самой вакцинации или поддельных) также влечет уголовную ответственность вплоть до лишения свободы на срок до шести месяцев по части пятой статьи 327 УК РФ «Подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков».

Статья 327. Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков

Уголовное дело по ч.3 ст.327 УК РФ, ч.1 ст.160 УК РФ (использование заведомо подложного документа и присвоение и растрата)

В производстве правоохранительных органов (ОБЭП) находился проверочный материал и решался вопрос о возбуждении уголовного дела.

Доверитель обратился к адвокату на стадии проверочного материала, после того как с него было взято объяснение.

Благодаря грамотным действиям адвоката, который настоял на повторном опросе его доверителя, правоохранительными органами было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Дело вел адвокат Николай Сабуров.

Уголовное дело по ч.3 ст.327 УК РФ (использование заведомо подложного документа)

Уголовное дело было возбуждено по факту использования заведомо подложного документа (талон техосмотра имеющий признаки подделки был предъявлен сотрудникам ГИБДД).

Адвокат вступил в дело с момента его возбуждения. Доверитель с участием адвоката был допрошен, при этом указал на отсутствие умысла в совершенном преступлении. В настоящее время решение по делу не принято.

Дело вел адвокат Николай Сабуров.

Уголовное дело по ч.3 ст.327 УК РФ (использование заведомо подложного документа)

Уголовное дело было возбуждено по факту использования заведомо подложного документа (медицинская книжка имеющая признаки подделки был предъявлен сотрудникам милиции).

Адвокат вступил в дело, когда его доверитель был допрошен в качестве подозреваемого. При ознакомлении с материалами уголовного дела, адвокат настоял на повторном допросе. После утверждения обвинительного заключения дело было направлено в суд.

Благодаря грамотным действиям адвоката судьей в отношении подсудимого вынесено постановление об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Дело вел адвокат Николай Сабуров.

Уголовное дело по ч.3 ст.327 УК РФ, ч.1 ст.159 УК РФ

После проведения проверки юридического лица в производстве органа дознания (ОБЭП) находился проверочный материал, при этом решался вопрос о возбуждении уголовного дела.

Доверитель обратился к адвокату. После определения своей позиции, лицом, в отношении которого проводилась проверка, были даны подробные объяснения, исключающие его причастность к каким-либо правонарушениям.

В дальнейшем, правоохранительными органами было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Дело вел адвокат Николай Сабуров.

Судебная практика по ст. 327 УК РФ

551889 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Эгамбердиев У.Н.у. совершил использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей:дд.мм.гггг около 16 часов 00 минут, находясь у , управляя автомобилем марки «№, был остановлен сот...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551887 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Муллин Д.В. совершил использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, при следующих обстоятельствах.Муллин Д.В., дд.мм.гггг в 16 часов 20 минут, управляя автомобилем марки №, у , был остановлен сотрудниками ИДПС ОР ДПС ГИБ...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551854 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Гиёсова М.О. в совершении использования заведомо поддельного официального документа, предоставляющего права, а именно в том, что он, дд.мм.гггг, около 19 часов 50 минут, управляя автомашиной марки № у в Санкт-Петербурге, был остановлен сотруд...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551843 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Подсудимый Носуров А.И. совершил использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей:13 февраля 2020 года около 23 часов 20 минут, управляя автомобилем марки «Hyundai Solaris» (Х...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551794 Приговор суда по ч. 5 ст. 327 УК РФ

Подсудимый Байрамлы Б.Г.о. совершил грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества:имея умысел на открытое хищение чужого имущества, из корыстных побуждений, около 04 часов 27 минут дд.мм.гггг, находясь на территории автозаправочной станции №21...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551783 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Лозинский О.М. совершил использование заведомо подложного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, при следующих обстоятельствах.Лозинский О.М., дд.мм.гггг около 14 часов 30 минут, управляя автомобилем мар...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551717 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Боратов З.С.у. совершил использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, при следующих обстоятельствах.Боратов З.С.у., дд.мм.гггг около 16 часов 30 минут, находясь у , управл...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551691 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Подсудимый Пармонов Б.М. совершил использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей.Преступление совершено в Санкт-Петербурге при следующих обстоятельствах.Пармонов Б.М. дд.мм.гггг около 00...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551671 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Юлдашева Р. в совершении использования заведомо поддельного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, а именно в том, что он, дд.мм.гггг, около 12 часов 00 минут, управляя автомобилем «Киа Рио», госуда...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551650 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

КОРНЕЙЧУК М.Д. совершил использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей:дд.мм.гггг около 0 ч. 50 мин., управляя автомобилем марки «Nissan Qashqai» (Ниссан Кашкай) с государст...

Суд: Кировский
Решение суда: Вынесен приговор

Кировский Вынесен приговор
551515 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Махмуджонова С.С.у. в совершении использования заведомо подложного документа, а именно: 27.07.2019 около 04:30 Махмуджонов С.С.у., находясь по адресу: г.Санкт-Петербург, ул.Q д.W, при осуществлении проверки документов, действуя умышленно, пре...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551476 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Карлова В.М. в использовании иного официального документа, предоставляющего права, а именно: 09.10.2019 г. около 10 часов 30 минут Карлов В.М, в качестве обоснования отсутствия на рабочем месте, умышленно, с целью использования заведомо подде...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551447 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Юлдашова Н.Э. в использовании заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего право, а именно:18 ноября 2019 года около 00 часов 30 минут Юлдашов Н.Э., управляя автомобилем «», государственный регистрационный знак №, был остановлен сотру...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551441 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Семыкина Д.Е. в совершении использования заведомо поддельного иного официального документа, а именно: 07.11.2019 не позднее 17 часов 00 минут Семыкин Д.Е., находясь в МРЭО ГИБдд № УГИБдд по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по адресу: ...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551431 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Подсудимый Эшниёзов И. И. совершил использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, а именно:08.11.2019 около 13 часов 25 минут Эшниёзов И.И., управляя автомобилем «Л.», государственный регистрационный знак …8, был останов...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551430 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Подсудимый Шарифов Р.Х. совершил использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, а именно:11.12.2019 около 19 часов 35 минут Шарифов Р.Х., управляя автомобилем «К.», государственный регистрационный знак ….., был остановле...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551428 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Тураев А.С. совершил использование заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, а именно: 04.10.2019 около 11 часов 00 минут он, находясь у д. в Калининском районе Санкт-Петербурга, пр...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551421 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Галиной Т.А. в совершении использования заведомо поддельного иного официального документа, предоставляющего права, а именно:30.08.2019 в период с 09 часов 00 минут до 10 часов 00 минут Галина Т.А., являясь работником ООО «Х» магазин «Х», имея...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551415 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Вину Хайдарова О.М. в совершении использования заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, а именно: Хайдаров О.М. около 15 часов 00 минут 29 ноября 2019 года, управляя автомобилем «», г.р.з. №, у был остановлен сотрудниками ОБ ДПС...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор
551397 Приговор суда по ч. 3 ст. 327 УК РФ

Маманов М.М. совершил использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, а именно: 08.01.2020 около 04 часов 30 минут он управлял автомобилем «Фольксваген Поло», государственный регистрационн...

Суд: Калининский
Решение суда: Вынесен приговор

Калининский Вынесен приговор

Усилена ответственность за деяния, связанные с подделкой документов

Внесены изменения в статью 327 Уголовного кодекса РФ и Уголовно-процессуальный кодекс РФ.


Сенаторы одобрили Федеральный закон «О внесении изменений в статью 327 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». Докладчиком по этому вопросу стал заместитель председателя Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Александр Карлин. Карлин
Александр Богдановичпредставитель от исполнительного органа государственной власти Алтайского края

Смотрите также

Федеральным законом статья 327 («Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков») Уголовного кодекса РФ излагается в новой редакции.

В частности, в целях усиления уголовной ответственности в отдельный состав преступления выделяются такие деяния, как подделка паспорта гражданина или удостоверения, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования либо сбыт таких документов. Срок лишения свободы увеличивается с двух до трех лет.

Кроме того, законом предусматривается ответственность за приобретение, хранение, перевозку в целях использования или сбыта либо использование заведомо поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, штампов, печатей или бланков. Максимальное наказание устанавливается в виде лишения свободы сроком до одного года.

Согласно Федеральному закону, в статьи 31, 150 и 151 Уголовно-процессуального кодекса РФ вносятся изменения, из которых следует, что предварительное расследование по указанным преступлениям производится в форме дознания, подсудность этих преступлений относится к районному суду.

Уголовный кодекс 115 PC - Подача фальшивых документов

Уголовный кодекс 115 PC - это закон штата Калифорния, согласно которому сознательная подача, регистрация или регистрация поддельного или поддельного документа в любом государственном учреждении в пределах штата являются преступлением. штат. Нарушением этого раздела является уголовное преступление , которое карается тюремным заключением или тюремным заключением на срок до трех лет.

В статуте говорится, что:

115. (a) Каждое лицо, которое сознательно приобретает или предлагает какой-либо фальшивый или поддельный инструмент , который должен быть подан, зарегистрирован или зарегистрирован в любом государственном учреждении в этом штате, какой документ, если подлинный, может быть подан, зарегистрирован или зарегистрирован в соответствии с любым законодательством этого штата или США, виновен в совершении преступления .

Примеры

  • подделка документа о недвижимости и его подача в регистратуру округа.
  • подает фальшивые отчеты о рыбной ловле в Калифорнийский департамент рыб и дикой природы .
  • заполнение фальшивого табеля учета рабочего времени у государственного работодателя.

Защита

Обвиняемый может подать иск в суд, чтобы оспорить обвинения в нарушении этого закона. Обычная защита включает в себя показ обвиняемого, что он / она:

  • не знал, что документ был фальшивым или поддельным,
  • не предоставил документ в государственное учреждение и / или
  • был ложно обвинен.

Штрафы

Нарушение статьи 115 Уголовного кодекса Калифорнии вменяется уголовному преступлению . Это в отличие от проступка или правонарушения.

Преступление наказуемо:

  • лишением свободы на срок до трех лет и / или
  • максимальным штрафом в размере 10 000 долларов.

Судья может назначить обвиняемому испытательный срок вместо тюремного заключения.

Наши адвокаты по уголовным делам , Калифорния, , обратятся к следующему в этой статье:

Уголовный кодекс 115 PC объявляет преступлением умышленную подачу, регистрацию или регистрацию фальшивого или поддельного документа в любом правительственном учреждении в пределах штата. .

1. Когда подача фальшивого документа считается преступлением по законам Калифорнии?

Чтобы успешно осудить обвиняемого в соответствии с настоящим законом, окружной прокурор должен доказать следующие элементы преступления вне всяких разумных сомнений:

  1. обвиняемый предоставил документ для подачи, записи или регистрации в государственной службе ,
  2. обвиняемый знал , что документ был фальшивым или поддельным, когда он или она подавал его, и
  3. документ был документом, который, если он был подлинным, мог быть юридически поданным . 1

Обратите внимание, что этот уголовный закон применяется к широкому спектру документов, от отчетов о рыбалке до квитанций о платежах. Тем не менее суды постановили, что статут не слишком расплывчатый . 2

Кроме того, многие уголовные преступления в соответствии с этими законами включают подачу документов, относящихся к недвижимому имуществу (например, акты о прекращении права требования, имущественные акты и трасты). 3 В этих случаях и в зависимости от типа документа, обвинения потенциально могут быть привлечены к:

2.Есть ли правовая защита Уголовного кодекса 115 PC?

Адвокаты защиты могут использовать несколько юридических стратегий, чтобы оспорить обвинение в подаче фальшивых документов. К ним относятся доказательства того, что:

  1. ответчик не знал, что документ был фальшивым или поддельным.
  2. обвиняемый не подавал документ в государственный орган.
  3. подсудимому предъявлено ложное обвинение.

2.1. Нет сведений

Напомним, что ответчик виновен в соответствии с настоящим законом только в том случае, если он / она:

  1. предоставил документ для подачи, а
  2. знал , что документ был фальшивым или поддельным.

Это означает, что обвиняемому всегда нужно доказать, что он / она не обладал этими необходимыми знаниями.

2.2. Нет государственного учреждения

Эти законы применяются только в том случае, если сторона представила документ для подачи в государственный офис штата Калифорния (например, регистратор округа или Департамент транспортных средств Калифорнии). Следовательно, ответчик может попытаться оспорить обвинение PC 115, продемонстрировав, что он не предлагал документ государственному учреждению.Возможно, например, такое лицо предъявило документ частному работодателю / компании .

Обратите внимание, что даже в случае успеха и документ был фальшивым или поддельным, обвиняемому может быть предъявлено обвинение по другому закону.

2.3. Ложно обвиняемые

Людей постоянно ложно обвиняют в этом преступлении. Причины, по которым «потерпевшие» выдвигают ложные обвинения в этом правонарушении, включают:

  • семейная драма,
  • месть или
  • имущественных споров.

Таким образом, обвиняемый всегда может выступить в защиту, что его несправедливо обвиняют.

Нарушение этого закона может повлечь за собой штраф и / или тюремное заключение.

3. Какие штрафы?

Нарушение этого раздела кода вменяется уголовному преступлению . Преступление карается:

  • лишением свободы на срок до трех лет и / или
  • максимальным штрафом в размере 10 000 долларов.

Хотя судья может назначить испытательный срок вместо тюремного заключения, он не имеет права, если выполняется одно из следующих условий:

  1. обвиняемый ранее судим за нарушение УК 115, или
  2. он / она получает признан виновным по более чем одному пункту обвинения в PC 115 и причинил общий ущерб более 100 000 долларов. 4

Отметим также, что есть несколько улучшений наказания , которые могут применяться к этим уголовным процессам.

Например, обвиняемый столкнется с так называемым «усилением белых воротничков при отягчающих обстоятельствах» в Калифорнии, если выполняются все следующие условия:

  1. он / она осужден за два или более уголовных преступления, связанных с мошенничеством или хищением (одно из которых могут быть ПК 115, подающие фальшивые или поддельные документы) в одном и том же уголовном процессе,
  2. тяжкие преступления являются частью преступного поведения,
  3. тяжкие преступления совершены либо против двух или более отдельных жертв, либо против одной и той же жертвы в двух или более отдельных случаях и
  4. действия обвиняемого, как утверждается, лишили потерпевшего или потерпевших более 100 000 долларов. 5

Это усиление «белых воротничков» при отягчающих обстоятельствах может привести к:

  • дополнительному к пяти годам тюремного заключения и / или
  • дополнительному штрафу в размере 500000 долларов США или двойному размер мошенничества (в зависимости от того, что больше). 6

4. Пострадает ли человек от каких-либо негативных иммиграционных последствий?

Нарушение этого закона может привести к отрицательным иммиграционным результатам.

Закон Калифорнии квалифицирует определенные правонарушения как «преступления, связанные с моральной низостью». Если обвиняемый-негражданин совершает одно из этих правонарушений, то он / она может быть:

  1. депортировано или
  2. помечено как неприемлемое.

Один калифорнийский суд постановил, что нарушение PC 115 является преступлением, связанным с моральной низостью , если обвиняемый действовал с намерением обмануть . 7

Следовательно, если обвиняемый действовал с таким намерением, ему грозила депортация или он был признан неприемлемым.

5. Может ли партия добиться снятия судимости?

Лицо, осужденное за подачу фальшивого документа , не может получить взыскания.

Закон этого штата гласит, что стороны не могут добиться снятия судимости, если преступление карается тюремным заключением.

6. Как обвинительный приговор влияет на права на оружие?

Признание судимости ложным документом отрицательно повлияет на права человека на оружие.

Закон Калифорнии гласит, что осужденных преступников должны отказаться от своих прав:

  • приобретают оружие,
  • владеют оружием и
  • владеют огнестрельным оружием.

Поскольку подача фальшивого документа является уголовным преступлением, обвинительный приговор лишает ответчика прав на оружие.

7. Есть ли связанные с этим преступления?

Есть три преступления, связанных с подачей фальшивого или поддельного документа. Это:

  1. жестокое обращение с пожилыми людьми - PC 368,
  2. подделка - PC 470 и
  3. лжесвидетельство - PC 118.

7.1. Жестокое обращение с пожилыми людьми - PC 368

Уголовный кодекс 368 PC - закон Калифорнии, который квалифицирует жестокое обращение с пожилыми людьми как преступление.Раздел применяется к физическому или эмоциональному насилию, пренебрежению или финансовой эксплуатации любого лица в возрасте 65 лет и старше.

Если лицо подает фальшивый документ, и это приводит к финансовой эксплуатации человека в возрасте 65 лет и старше, то этому лицу может быть предъявлено обвинение по любому из следующих правил:

7.2. Подделка - PC 470

Уголовный кодекс 470 PC - это закон штата Калифорния, согласно которому подделка подписи или изменение определенных документов обманным путем являются преступлением.

В отличие от подачи фальшивого документа, человеку не нужно предъявлять фальшивый документ в государственное учреждение, чтобы нарушить этот закон.Достаточно изменить документ или подпись.

7.3. Лжесвидетельство - PC 118

Уголовный кодекс 118 PC - это закон штата Калифорния, согласно которому ложное заявление под присягой является преступлением.

Хотя PC 115 относится к фальшивым документам, этот статут включает ложные заявления / показания.

Для дополнительной помощи…

Обратитесь за помощью в нашу юридическую фирму.

Для получения дополнительных рекомендаций или для обсуждения вашего дела с адвокатом по уголовным делам мы приглашаем вас связаться с нашей юридической фирмой Shouse Law Group.Наши адвокаты по уголовным делам налаживают отношения между адвокатом и клиентом по всей Калифорнии, в том числе в округе Ориндж и Лос-Анджелесе.


Справочные документы:

Практическое руководство по умеренной процедурной седации и анальгезии 2018 | Анестезиология

В литературе, сравнивающей пропофол с другими седативными / обезболивающими препаратами, отдельно или в комбинации, сообщается о следующих результатах: (1) Мета-анализ РКИ сообщает о более быстром восстановлении пропофола по сравнению с мидазоламом после процедур с умеренной седацией (категория A1-B. доказательства), 95–99 с неоднозначными выводами для отзыва пациентов, 95,100–103 и частотой гипоксемии (доказательства категории A1-E). 96,100,102,103 В одном рандомизированном контролируемом исследовании сообщается о более коротком времени седации, меньшей частоте повторных обращений и более высоких показателях выздоровления для пропофола по сравнению с диазепамом (доказательства категории A3-B). 104 (2) РКИ, сравнивающие пропофол и бензодиазепинов в сочетании с опиоидными анальгетиками, сообщают о более коротком времени седации и восстановления для одного пропофола (доказательства категории A2-B), 105,106 с неоднозначными выводами в отношении боли, уровней насыщения кислородом и артериального давления. (доказательства категории A2-E). 107–109 (3) РКИ, в которых сравнивали пропофол в сочетании с бензодиазепинами и только пропофол , сообщают о двусмысленных результатах в отношении времени восстановления и процедуры, боли при инъекции и беспокойства (доказательства категории A2-E). 110–112 В одном РКИ, в котором сравнивали пропофол в сочетании с мидазоламом и только пропофолом , сообщалось о более глубоких уровнях седации и большем количестве эпизодов глубокой седации в группе комбинированной терапии (доказательства категории A3-H). 112 РКИ, сравнивающие пропофол в сочетании с опиоидными анальгетиками по сравнению с только пропофолом, сообщают о более низких показателях боли в группе комбинированной терапии (данные категории A2-B), 113,114 с неоднозначными выводами для уровней седативного эффекта, уровней насыщения кислородом, а также частоты дыхания и сердечных сокращений. (доказательства категории A2-E). 113–116 (4) Одно РКИ, в котором сравнивали пропофол в сочетании с ремифентанилом и только ремифентанилом , сообщало о более глубоком седативном действии, меньшем количестве воспоминаний (доказательства категории A3-B) и большем угнетении дыхания (данные категории A3-H) в группе комбинированной терапии. 117 (5) РКИ, сравнивающие пропофол в сочетании с седативными / анальгетическими средствами, не предназначенными для общей анестезии, и комбинаций седативных / анальгетических средств, не предназначенных для общей анестезии, сообщают о двусмысленных результатах, включая время седации, отзыв пациента, оценку боли, время восстановления, уровни насыщения кислородом, артериальное давление и частота сердечных сокращений (данные категории A2-E). 118–136 (6) РКИ, сравнивающие пропофол с кетамином, сообщают о двусмысленных результатах в отношении показателей седативного эффекта, боли во время процедуры, восстановления, уровней насыщения кислородом, частоты дыхания, артериального давления и частоты сердечных сокращений (доказательства категории A2-E). 137 138 (7) Одно рандомизированное контролируемое исследование, в котором сравнивали пропофол и кетамин в сочетании с мидазоламом, сообщает об неоднозначных результатах в отношении восстановительного возбуждения, уровней сатурации кислорода, частоты дыхания, артериального давления и частоты сердечных сокращений (данные категории A3-E). 139 (8) Одно РКИ, в котором сравнивали пропофол и кетамин в сочетании с фентанилом, сообщило о более коротком времени восстановления и меньшем количестве отзывов для одного пропофола (доказательства категории A3-E). 140 (9) РКИ, в которых сравнивали пропофол в сочетании с кетамином и только пропофол , сообщают о более глубоком седативном действии для комбинированной группы (данные категории A3-B), 141 с более выраженным угнетением дыхания и большей частотой гипоксемии §§§ § (доказательства категории A3-H). 142

Литература, в которой сравнивается кетамин с другими седативными / анальгетическими препаратами, как по отдельности, так и в комбинации, сообщает о следующих результатах: (1) РКИ, в которых сравнивают кетамин с мидазоламом, сообщают о неоднозначных результатах оценки седативного эффекта, времени восстановления и уровней насыщения кислородом (данные категории A2-E). ). 87,143,144 (2) В одном рандомизированном контролируемом исследовании, в котором сравнивали кетамин и закись азота , сообщалось о более длительном времени седативного действия и более высоком уровне седативного эффекта ( i.е. , более глубокий седативный эффект) для кетамина (доказательства категории A3-H). 145 (3) В одном РКИ по сравнению кетамина с мидазоламом в сочетании с фентанилом сообщается о более низкой глубине седативного эффекта кетамина (доказательства категории A3-B), с неоднозначными выводами в отношении отзыва, оценки боли и частоты гипоксемии (данные категории A3-E) . 146 (4) РКИ, в которых сравнивали кетамин в сочетании с мидазоламом по сравнению с одним кетамином или одним только мидазоламом, сообщают о неоднозначных результатах оценки седативного эффекта, времени седативного действия, восстановления и восстановления возбуждения (данные категории A2-E). 143 147 148 (5) Одно РКИ, в котором сравнивали кетамин в сочетании с мидазоламом и мидазолам в сочетании с альфентанилом, сообщает о более низкой частоте гипоксемии (доказательства категории A3-B) и увеличении разрушительных движений, более длительном времени восстановления и более длительном времени до выписки для кетамина в сочетании. с мидазоламом (доказательства категории A3-H). 149 (6) РКИ, в которых сравнивали кетамин с пропофолом, сообщают о неоднозначных результатах в отношении показателей седативного эффекта, боли во время процедуры, уровней сатурации кислорода и показателей восстановления (доказательства категории A2-E). 137 138 РКИ, в которых сравнивали кетамин с этимидатом, сообщают о меньшей потребности в помощи дыхательных путей и более низкой частоте миоклонии с кетамином (доказательства категории A2-B). 150,151 (7) РКИ, в которых сравнивали кетамин в сочетании с пропофолом и пропофол в сочетании с фентанилом, сообщают о двусмысленных результатах в отношении времени восстановления, уровней насыщения кислородом, частоты дыхания и частоты сердечных сокращений (доказательства категории A3-H). 152–154

Литература, в которой сравнивается этотидат с другими седативными / анальгетическими препаратами, как по отдельности, так и в комбинации, сообщает о следующих результатах: (1) В одном РКИ, в котором сравнивали этотидат с мидазоламом, сообщалось о более коротком времени седативного действия для этогоидата (данные категории A3-B), с неоднозначными выводами в отношении выздоровления. возбуждение, уровни насыщения кислородом и апноэ (доказательства категории A3-E). 155 (2) Одно РКИ, в котором сравнивали этотидат с пентобарбиталом, сообщило о более коротком времени седации для этогоидата (доказательства категории A3-B), с неоднозначными выводами в отношении восстановительного возбуждения и гипотонии (доказательства категории A3-B). 156 (3) В одном РКИ, в котором сравнивали этотидат в сочетании с фентанилом и мидазоламом в сочетании с фентанилом, сообщалось о более глубоком седативном действии (, т. Е. , более высокие показатели седативного эффекта) для комбинированной группы (данные категории A3-B), с неоднозначными выводами в отношении времени седации. время восстановления, частота гиперседации и уровни насыщения кислородом (доказательства категории A3-E), а также более высокая частота миоклонии (доказательства категории A3-H). 157 (4) В одном РКИ, в котором сравнивали этотидат в сочетании с морфином и фентанилом и мидазолам в сочетании с морфином и фентанилом, сообщалось о более коротком времени седации для комбинации этомидата (доказательства категории A3-B), с неоднозначными результатами по уровням насыщения кислородом, апноэ и т. гипотония и восстановительное возбуждение (доказательства категории A3-E), а также более высокая частота отзыва пациентов и миоклонуса (доказательства категории A3-H). 158

В одном РКИ сообщается о более коротком времени начала седативного действия, более коротком времени восстановления и меньших дозах экстренной помощи, вводимых при внутривенном введении кетамина по сравнению с внутримышечным кетамином (доказательства категории A3-B), с неоднозначными выводами в отношении эффективности седации, угнетения дыхания и времени до выписки (категория Доказательства A3-E). 159 В одном рандомизированном контролируемом исследовании, в котором сравнивали внутривенный и внутримышечный кетамин с мидазоламом или без него, были получены неоднозначные данные о времени седации, восстановительном возбуждении и продолжительности процедуры (доказательства категории A3-E). 148

Обсервационные исследования, в которых сообщалось о титрованном введении седативных средств, предназначенных для общей анестезии, сообщают о частоте гипоксемии от 1,7 до 4,7% пациентов, 14,160–163 с избыточной седацией у 0.13% -0,2% пациентов. 14 161

границ | Прививка от фейковых новостей о COVID-19

Введение

Появление нового коронавируса (SARS-CoV-2) в декабре 2019 года быстро привело к глобальной пандемии, унесшей уже сотни тысяч смертей во всем мире (Roser et al., 2020). Исследователи отметили, что в отсутствие эффективного лечения или вакцины для управления ответными мерами на пандемию потребуется использовать знания социальных и поведенческих наук, особенно в отношении нефармацевтических вмешательств и сдерживания распространения дезинформации о COVID-19 (Депу и другие., 2020; Habersaat et al., 2020; Van Bavel et al., 2020). Фактически, распространение вводящей в заблуждение информации о вирусе привело к тому, что Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) предупредила о продолжающейся «инфодемии» или переизбытке информации, особенно дезинформации, во время эпидемии (World Health Organization, 2020b; Zarocostas , 2020). Это затрудняет людям поиск достоверной и достоверной информации, когда она им нужна. В этой статье мы задаем три важных вопроса, чтобы помочь лучше информировать общество в ответ на инфодемию, а именно: (1) каковы масштабы и охват дезинформации о COVID-19 среди населения в целом; (2) какие существуют доказательства того, что дезинформация о вирусе подрывает общественную поддержку профилактического поведения в отношении здоровья и его принятие; и (3) как можно использовать выводы из психологии для эффективного управления реакцией общества, чтобы помочь ограничить распространение влиятельной дезинформации? В частности, чтобы «иммунизировать» людей против вируса дезинформации, мы опираемся на теорию психологической прививки и ее практическое применение.

Дезинформация о COVID-19

Дезинформация о COVID-19 широко распространилась в социальных сетях, начиная от продажи поддельных «лекарств», таких как полоскание горла лимоном или соленой водой и инъекции отбеливателя (Всемирная организация здравоохранения, 2020a), до ложных теорий заговора, которые вирус был биоинженерным в лаборатории в Ухане (Andersen et al., 2020; Cohen, 2020), или что сотовая сеть 5G вызывает или усугубляет симптомы COVID-19 (BBC News, 2020).Фильм о заговоре « Plandemic » появился в сети 4 мая 2020 года, набрав миллионы просмотров и быстро стал одним из самых распространенных примеров дезинформации, связанной с коронавирусом (Cook et al., 2020). В видео содержатся опасные советы для здоровья, например, ложные предположения о том, что ношение маски на самом деле «активирует» коронавирус. Фейковые новости о вирусе также активно пропагандировались политическими элитами, такими как президент Трамп и президент Бразилии Жаир Болсонару, которые ложно утверждали, что гидроксихлорохин «действует повсюду» в качестве средства против вируса (Constine, 2020).Но дезинформация о COVID-19 не ограничивается откровенно правдивой или ложной информацией, что расширяет масштаб проблемы. Например, хотя вред и польза гидроксихлорохина как потенциального лечения действительно изучаются, в настоящее время нет научного консенсуса относительно его эффективности (Geleris et al., 2020; Meyerowitz et al., 2020). Таким образом, даже принятие решения о том, что считать дезинформацией о COVID-19, является сложным делом, поскольку понимание причин и методов лечения вируса со временем развивается.Тем не менее, становится все более очевидным, что дезинформация о COVID-19 - распространенная проблема. Например, опрос, проведенный Ofcom в Соединенном Королевстве, показал, что почти половина (46%) населения Соединенного Королевства сообщила о подверженности фейковым новостям о коронавирусе (Ofcom, 2020). Аналогичные результаты (48%) были получены Pew в США (Mitchell and Oliphant, 2020). В частности, среди тех, кто подвергся воздействию, почти две трети (66%) сообщили, что видели это ежедневно, что проблематично, поскольку известно, что повторное воздействие увеличивает веру в фальшивые новости (Pennycook et al., 2018). Хотя массовое одобрение теорий заговора о вирусе еще не получило широкого распространения, существенные меньшинства (обычно около трети выборки) в Соединенном Королевстве и Соединенных Штатах считают, что вирус либо искусственно создан, либо специально создан могущественными организациями ( Freeman et al., 2020; Roozenbeek et al., 2020b; Uscinski et al., 2020). Действительно, опрос YouGov показал, что около 28% американцев и 50% зрителей Fox News думают, что Билл Гейтс планирует использовать вакцину COVID-19 для внедрения микрочипов у людей (Sanders, 2020).Более того, недавний анализ самых просматриваемых видеороликов о коронавирусе на YouTube показал, что более 25% самых популярных видеороликов о вирусе содержат вводящую в заблуждение информацию, достигнув 62 миллионов просмотров по всему миру (Li et al., 2020).

Как распространение дезинформации вредит реакции общества на пандемию?

Еще одна новая идея заключается в том, что заговоры COVID-19 и повальная дезинформация могут негативно повлиять на эффективность стратегий сдерживания. Действительно, дезинформация о COVID-19 может коренным образом исказить восприятие людьми риска, связанного с вирусом (Krause et al., 2020). Это важно, поскольку восприятие риска связано с принятием профилактических мер в отношении здоровья от COVID-19 (Dryhurst et al., 2020). Недавнее исследование Uscinski et al. (2020) обнаружили, что вера в заговоры о вирусе связана со склонностью отвергать информацию от экспертных органов. Аналогичные результаты были получены Freeman et al. (2020), которые также отметили связь между верой в заговоры COVID-19 и ростом сомнений в отношении вакцинации. Например, люди, которые поддерживали заговор о том, что вирус является биоинженерным, с меньшей вероятностью сообщали о соблюдении руководящих принципов общественного здравоохранения (например,g., оставаясь дома) и реже сообщали о том, что принимают вакцину от COVID-19 (см. также Imhoff and Lamberty, 2020). Эти эффекты проблематичны, потому что в настоящее время опросы показывают, что только 50% американцев готовы получить потенциальную вакцину, если она станет доступной, что подрывает потенциал коллективного иммунитета против коронавируса (Cornwall, 2020). Важно отметить, что дезинформация о вирусе имеет и другие серьезные социальные последствия. Недавние отчеты показали, что дезинформация о коронавирусе связана с нападениями толпы, массовыми отравлениями (Depoux et al., 2020) и акты вандализма (весна, 2020). Только в Соединенном Королевстве люди подожгли не менее 50 телефонных мачт в ответ на заговор 5G (BBC News, 2020), и исследования показывают, что вера в заговор 5G связана с насильственными намерениями (Jolley and Paterson, 2020). Кроме того, анализ более 60 миллионов сотовых телефонов с геокодированием показал, что социальное дистанцирование в проправительственных областях сократилось после того, как президент Бразилии неточно описал риски COVID-19 (Ajzenman et al., 2020). Аналогичный анализ был проведен в Соединенных Штатах в ответ на политическую поляризацию по поводу профилактического поведения, связанного с COVID-19 (Allcott et al., 2020), подчеркивая разрушительный потенциал громкой дезинформации как для индивидуального, так и для общественного благосостояния.

Использование идей психологии: прививка от дезинформации о COVID-19

До сих пор мало внимания уделялось идеям социальных и поведенческих наук для борьбы с дезинформацией о COVID-19, несмотря на обширную доступность исследований, которые можно было бы почерпнуть из Van Bavel et al. (2020). Было обнаружено, что проверка фактов имеет тенденцию распространяться в социальных сетях медленнее, чем дезинформация (Vosoughi et al., 2018), что затрудняет эффективную проверку фактов. Например, обзор Politico показал, что усилия Facebook по проверке фактов мало помогли предотвратить широкое распространение заговоров о коронавирусе в частных группах на платформе (Scott, 2020). Дальнейшие осложнения возникают из-за «продолжающегося эффекта влияния» дезинформации, согласно которому люди могут продолжать верить дезинформации даже после того, как она была опровергнута (Ecker et al., 2010; Lewandowsky et al., 2012). Кроме того, хотя инициативы в области медиаграмотности важны и могут быть эффективными при правильных условиях (Bode and Vraga, 2015; Guess et al., 2020; Van Bavel et al., 2020), их разработка зачастую требует больших затрат и медленного развертывания. out, и реактивный , а не проактивный .

В частности, учитывая практические проблемы проверки фактов и сложность исправления дезинформации после того, как ущерб уже нанесен, исследователи начали исследовать предварительную группировку (т.е., упреждающее опровержение). Поскольку дезинформация распространяется через сети так же, как настоящий вирус, «заражающий своего хозяина» и быстро передающий ложь от одного разума к другому, естественным противоядием является психологическая вакцина против фальшивых новостей (van der Linden and Roozenbeek, 2020).

Теория прививки

Теория психологической прививки переводит историческую практику вакцинации в медицину в сферу сопротивления убеждению (McGuire, 1964). При медицинской прививке вирус ослабляется до такой степени, что не вызывает заболевания, но вызывает защитные реакции, такие как антитела.В прививке убеждения сильный вызов (например, теория заговора) ослабляется до такой степени, что он не изменит положение человека - его здоровое состояние - но вызовет защитные реакции, такие как усиление критического мышления (McGuire, 1964; Комптон, 2013). В обоих контекстах действует схожий процесс: подверженность ослабленным вызовам ведет к сопротивлению более серьезным вызовам. В психологической прививке ослабленный вызов часто состоит из двух элементов (Compton, 2013), а именно: (а) предупреждение об угрозе или нападении на чье-то отношение и (б) упреждающее опровержение контраргументов (или предварительная группировка).Упреждающее опровержение дезинформации ослабляет дезинформацию, так же как медицинская вакцина часто состоит из ослабленного вируса. Например, в исследовании дезинформации об изменении климата участники были (а) предупреждены о том, что некоторые политические деятели пытаются ввести людей в заблуждение по этому вопросу, и (б) предоставлены факты и аргументы для опровержения дезинформации - превентивно, то есть до того, как они впоследствии подверглись полной дозе дезинформации (van der Linden et al., 2017). Исследование показало, что прививка частично иммунизирует людей от дезинформации о климате (см. Также Maertens et al., 2020а).

В процессе прививки устойчивости к влиянию происходит ряд вещей. Одна из самых важных - угроза - мотивация к сопротивлению. В исследованиях прививок угроза - это реакция на уязвимость (McGuire, 1964; Compton, 2013), например, когда предупреждающее сообщение о прививке вызывает и опровергает убедительную атаку (например, Banas and Richards, 2017), или когда сообщение о прививке раскрывает ошибочные рассуждения (Cook et al., 2017). Познавательные и эмоциональные процессы, вызванные угрозой, разнообразны и мощны, включая усиление контраргументов (Pfau et al., 2006), повышенная доступность отношения (Pfau et al., 2003), меньшая психологическая реакция на кампанию, основанную на прививках (Richards and Banas, 2015), и большая психологическая реакция на сообщения об атаке (Miller et al., 2013). Для того, чтобы обычная профилактическая прививка прижилась, желаемое положение должно быть уже на месте - здоровое состояние (Compton, 2013). Это классический подход теории прививки. В контексте коронавируса это будет означать защиту отношения тех людей, которые уже следуют рекомендациям общественного здравоохранения.Усиление их защитных установок снизит вероятность атак дезинформации. Однако более свежий подход в рамках теории прививок расширяет свою эффективность, чтобы также включить терапевтическое приложение - лечение прививками, нацеленное на нездоровое состояние (Compton, 2020). Новая работа в этой последней области расширяет сферу применения теории прививки за счет прививки аудитории, которая уже была «поражена» информационным вирусом. Терапевтическая прививка усиливает иммунную защиту и снижает вероятность распространения вируса среди людей.Например, люди, скептически относящиеся к науке о климате, по-прежнему могут извлечь выгоду из прививки от дезинформации в том смысле, что они формируют более сильное отношение к научному консенсусу (Cook et al., 2017; van der Linden et al., 2017).

Область здравоохранения может похвастаться особенно хорошими достижениями в области теории прививок - что вполне уместно в контексте COVID-19. Большая часть этой работы посвящена тому, как сообщения общественного здравоохранения, основанные на теории прививок, могут помочь укрепить сопротивляемость вредным воздействиям, таким как курение сигарет (Pfau et al., 1992) или запоя (Parker et al., 2010). Совсем недавно в рамках прививочной работы изучались способы улучшения полезного для здоровья поведения, такие как выполнение программ упражнений (Dimmock et al., 2016) или усиление намерений вакцинации (Wong and Harrison, 2014), особенно в ответ на теории заговора (Jolley and Douglas, 2017). Например, намерения вакцинации улучшились только тогда, когда участникам были представлены аргументы против заговора перед , чтобы они подверглись воздействию теорий заговора вакцинации, но не тогда, когда впоследствии были представлены контраргументы.

Активная вакцина против дезинформации

В исследованиях прививок были предложены два дальнейших достижения, которые обещают масштабируемость и широкую применимость вмешательств по прививкам, особенно в контексте дезинформации: новый акцент на активных прививках (McGuire and Papageorgis, 1961; Roozenbeek and van der Linden, 2018 ), и переключение внимания с прививки против отдельных примеров нежелательного убеждения (например, изменение климата или вакцинация) к манипуляциям методов , которые лежат в основе большинства фейковых новостей, таких как использование эмоционального языка (Brady et al., 2017), конспирологические рассуждения (Lewandowsky et al., 2013; van der Linden, 2015) или выдача себя за экспертов в Интернете (Goga et al., 2015). Идея активной инокуляции заключается в том, чтобы позволить людям вырабатывать свои собственные «антитела». Практическое применение теории активной прививки - это отмеченная наградами онлайн-браузерная игра Bad News . Игра предлагает смоделированную среду социальных сетей, в которой люди берут на себя роль создателей фейковых новостей и узнают о шести распространенных методах дезинформации в течение шести уровней, или «значках» (подробный теоретический обзор см. В Roozenbeek and van der Linden , 2019; ван дер Линден, Рузенбек, 2020).Компонент прививки в игре состоит из комбинации (а) предупреждений о фейковых новостях и (б) предварительного воздействия ослабленных доз методов, используемых при производстве фейковых новостей. Оба процесса потенциально могут усилить эффект прививки, способствуя сохранению в памяти в течение более длительных периодов времени (Pfau et al., 1997, 2005). Исследования показали, что Плохие новости значительно улучшают способность игроков противостоять методам дезинформации после игрового процесса и повышают уверенность игроков в обнаружении вводящей в заблуждение информации (Basol et al., 2020). Кроме того, в сотрудничестве с Министерством иностранных дел Соединенного Королевства игра была переведена на международный уровень, и ее эффективность в качестве прививки была воспроизведена в пяти разных языковых версиях (Roozenbeek et al., 2020c). Сам эффект прививки может длиться месяцами (Pfau and Bockern, 1994), в том числе с регулярными «дозаправками» или «бустерами» после игрового процесса (Maertens et al., 2020b). В ответ на вспышку пандемии коронавируса мы изменили сценарий «заговора» в игре Bad News , чтобы показать ослабленные дозы заговоров о вирусе.На рисунке 1 показано несколько скриншотов из игры. Перед игроками стоит задача изобрести и распространить ложную теорию заговора о COVID-19, а также узнать о негативных последствиях своих действий в виде ответов пользователей социальных сетей в их сети, тем самым раскрывая, как создается, распространяется и распространяется дезинформация.

Рисунок 1. Скриншоты из игры Bad News о коронавирусе (www.getbadnews.com). Изображения и ссылки воспроизведены с разрешения Bad News .

Относительно простая адаптация игры Bad News для иммунизации людей от дезинформации, особенно о пандемии COVID-19, подчеркивает потенциал для преобразования теоретических лабораторных результатов в масштабируемые практические вмешательства по вакцинации: в эту игру играют около миллиона человек во всем мире (Roozenbeek et al., 2020c), таким образом «прививая» большое количество людей, которые добровольно переходят на веб-сайт Bad News . Важно отметить, что не обязательно, чтобы каждый человек получил «вакцину»: если у достаточного количества людей выработались антитела против методов, используемых для распространения дезинформации о COVID-19, теоретически можно было бы обеспечить коллективный иммунитет общества.

Заключение

Профилактика лучше лечения. Это верно как в отношении болезней, так и в отношении распространения дезинформации. Хотя игра Bad News является полезным инструментом, необходимо провести дополнительную работу, чтобы обуздать распространение дезинформации о COVID-19, включая многоуровневую систему защиты от отрицания «постправды» науки (van der Linden, 2019), которая будет включать эффективное опровержение и опровержение в реальном времени в дополнение к прививке (Schmid and Betsch, 2019). Практическое применение теории прививки в контексте дезинформации о COVID-19 - новая онлайн-игра Go Viral! , разработанный в сотрудничестве с правительством Соединенного Королевства и ВОЗ, в котором игроки учатся противостоять трем методам манипуляции, обычно используемым для распространения дезинформации о коронавирусе: разжигание страха, использование фальшивых экспертов и теории заговора.Открытым вопросом в активных исследованиях прививок является степень, в которой прививка может повысить навыков распознавания истины , то есть не только способность обнаруживать и противостоять атакам дезинформации, но и способность лучше определять реальные или достоверные новости (Guess et al. ., 2020; Roozenbeek et al., 2020a). Комптон и др. (2016) призвали к дальнейшей «работе, которая продвигает наше понимание убеждения и применяет ценность в качестве стратегии обмена сообщениями о здоровье для борьбы с серьезными угрозами здоровому образу жизни» (стр.1). Распространение верных представлений о COVID-19 и поощрение более здорового и безопасного поведения, связанного с профилактикой COVID-19, несомненно, ответят на этот призыв. Действительно, сообщения о здоровье COVID-19 могут использовать оба способа использования теории прививок для защиты более здоровых убеждений и действий: создание сопротивления нездоровому влиянию, например теорий заговора, и поощрение более здорового поведения, например социального дистанцирования и ношения маски на публике. Мы с нетерпением ждем будущих исследований как профилактического, так и терапевтического применения психологической прививки в контексте COVID-19.

Заявление о доступности данных

Оригинальные материалы, представленные в исследовании, включены в статью / дополнительный материал, дальнейшие запросы можно направить соответствующему автору.

Авторские взносы

SL и JR концептуализировали исследование и составили рукопись. JC был соавтором статьи и внес свой вклад в окончательную версию рукописи. Все авторы внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Сноски

Список литературы

Оллкотт, Х., Бокселл, Л., Конвей, Дж. К., Генцков, М., Талер, М., и Янг, Д. Ю. (2020). Поляризация и общественное здравоохранение: партийные различия в социальном дистанцировании во время пандемии коронавируса (№ 26946). Доступно в Интернете по адресу: https://www.nber.org/papers/w26946 (по состоянию на 13 октября 2020 г.).

Google Scholar

Андерсен, К. Г., Рамбаут, А., Липкин, В. И., Холмс, Э. К.и Гарри Р.Ф. (2020). Проксимальное происхождение SARS-CoV-2. Нат. Med. 26, 450–452. DOI: 10.1038 / s41591-020-0820-9

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Банас, Дж. А., Ричардс, А. С. (2017). Опасения или мотивация отстаивать свою позицию? изучение механизма угрозы, лежащего в основе устойчивости к убеждению, вызванной прививками. Commun. Monogr. 84, 164–178.

Google Scholar

Basol, M., Roozenbeek, J., и ван дер Линден, С. (2020). Хорошие новости о плохих новостях: геймифицированная прививка повышает уверенность и когнитивный иммунитет против фальшивых новостей. J. Cogn. 3, 1–9. DOI: 10.5334 / joc.91

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боде, Л., и Врага, Э. К. (2015). Что касается связанных новостей, это было неправильно: исправление дезинформации с помощью функций связанных историй в социальных сетях. J. Commun. 65, 619–638. DOI: 10.1111 / jcom.12166

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брэди, W.Дж., Уиллс, Дж. А., Йост, Дж. Т., Такер, Дж. А., и Ван Бавель, Дж. Дж. (2017). Эмоции формируют распространение морализированного контента в социальных сетях. Proc. Natl. Акад. Sci. США 114, 7313–7318. DOI: 10.1073 / pnas.1618923114

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Карлссон, У. (2019). Понимание медийной и информационной грамотности (MIL) в цифровую эпоху: вопрос демократии. Гетеборг: Гетеборгский университет.

Google Scholar

Комптон, Дж.(2013). «Теория прививки», в The SAGE Handbook of Persuasion: Developments in Theory and Practice , 2nd Edn, eds J. P. Dillard and L. Shen (Thousand Oaks, CA: SAGE Publications), 220–236. DOI: 10.4135 / 9781452218410

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Комптон, Дж. (2020). Профилактические и терапевтические прививки для устойчивости к влиянию. Commun. Теория 30, 330–343. DOI: 10.1093 / ct / qtz004

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Комптон, Дж., Джексон, Б., и Диммок, Дж. А. (2016). Убеждение других избегать убеждения: теория прививки и стойкое отношение к здоровью. Фронт. Psychol. 7: 122. DOI: 10.3389 / fpsyg.2016.00122

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кук, Дж., Левандовски, С., и Эккер, У. К. Х. (2017). Нейтрализация дезинформации посредством прививки: разоблачение вводящих в заблуждение методов аргументации снижает их влияние. PLoS One 12: e0175799. DOI: 10.1371 / journal.pone.0175799

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Корнуолл, W. (2020). Чиновники готовятся к войне с дезинформацией о вакцинах. Наука 369, 14–15.

Google Scholar

Депу А., Мартин С., Карафиллакис Э., Прит Р., Уайлдер-Смит А. и Ларсон Х. (2020). Пандемия паники в социальных сетях распространяется быстрее, чем вспышка COVID-19. J. Travel Med. 27: тааа031.

Google Scholar

Диммок, Дж.А., Ганье, М., Пруд, Л., Хоул, Т. К., Ребар, А. Л., и Джексон, Б. (2016). Упражнение на сопротивление: обмен сообщениями о прививках как стратегия защиты мотивации во время монотонного и контролирующего занятия. J. Sport Exerc. Psychol. 38, 567–578. DOI: 10.1123 / jsep.2016-0146

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Драйхерст С., Шнайдер К. Р., Керр Дж., Фриман А. Л., Реккья Г., Ван Дер Блес А. М. и др. (2020). Восприятие риска COVID-19 во всем мире. J. Risk Res. 1–13. DOI: 10.1080 / 13669877.2020.1758193 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эккер, У. К. Х., Левандовски, С., и Танг, Д. Т. У. (2010). Явные предупреждения уменьшают, но не устраняют продолжающееся влияние дезинформации. Mem. Cogn. 38, 1087–1100. DOI: 10.3758 / MC.38.8.1087

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фриман, Д., Уэйт, Ф., Роузброк, Л., Пети, А., Causier, C., East, A., et al. (2020). Убеждения, недоверие и соблюдение требований правительства в Англии о заговоре, связанном с коронавирусом. Psychol. Med. 1–30. DOI: 10.1017 / S0033291720001890 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | PubMed Аннотация | Google Scholar

Geleris, J., Sun, Y., Platt, J., Zucker, J., Baldwin, M., Hripcsak, G., et al. (2020). Обсервационное исследование гидроксихлорохина у госпитализированных пациентов с Covid-19. N. Engl. J. Med. 382, ​​2411–2418.DOI: 10.1056 / NEJMoa2012410

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гога О., Венкатадри Г., Гуммади К. П. (2015). «Атака Doppelgänger Bot: изучение имитации идентичности в социальных сетях в Интернете», в материалах Proceedings of the 2015 Internet Measurement Conference , Tokyo, 141–153. DOI: 10.1145 / 2815675.2815699

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Угадай, А. М., Лернер, М., Лайонс, Б., Монтгомери, Дж. М., Нихан, Б., Reifler, J., et al. (2020). Вмешательство в повышение грамотности в области цифровых средств массовой информации увеличивает различие между мейнстримными и ложными новостями в Соединенных Штатах и ​​Индии. Proc. Natl. Акад. Sci. США 117, 15536–15545.

Google Scholar

Habersaat, K. B., Betsch, C., Danchin, M., Sunstein, C. R., Böhm, R., Falk, A., et al. (2020). Десять соображений для эффективного управления переходом от COVID-19. Нат. Гм. Behav. 4, 677–687.

Google Scholar

Имхофф Р., и Ламберти, П. (2020). Биологическое оружие или розыгрыш? Связь между различными взглядами на заговор о вспышке коронавирусной болезни (COVID-19) и пандемическим поведением. Soc. Psychol. Человек. Sci. DOI: 10.1177 / 1948550620934692 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джолли Д. и Дуглас К. М. (2017). Профилактика лучше лечения: рассмотрение теорий заговора против вакцины. J. Appl. Soc. Psychol. 47, 459–469. DOI: 10.1111 / jasp.12453

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джолли Д. и Патерсон Дж. Л. (2020). Пылающие пилоны: изучение роли убеждений в заговоре 5G COVID-19 и поддержки насилия. Br. J. Soc. Psychol. 59, 628–640.

Google Scholar

Краузе, Н. М., Фрейлинг, И., Свекла, Б., и Броссар, Д. (2020). Проверка фактов как информирование о рисках: многоуровневый риск дезинформации во время COVID-19. J. Risk Res. 1–8.DOI: 10.1080 / 13669877.2020.1756385 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Левандовски, С., Эккер, У. К. Х., Зайферт, К. М., Шварц, Н., и Кук, Дж. (2012). Дезинформация и ее исправление: постоянное влияние и успешное устранение искажений. Psychol. Sci. Общественный интерес 13, 106–131. DOI: 10.1177 / 152

12451018

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Левандовски, С., Жиньяк, Г. Э., и Оберауэр, К.(2013). Роль конспирологических идей и мировоззрений в предсказании отказа от науки. PLoS One 8: e75637. DOI: 10.1371 / journal.pone.0075637

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ли, Х. О.-Й., Бейли, А., Хьюнь, Д., и Чан, Дж. (2020). YouTube как источник информации о COVID-19: пандемия дезинформации? BMJ Global Health 5: e002604. DOI: 10.1136 / bmjgh-2020-002604

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Maertens, R., Ансел Ф. и ван дер Линден С. (2020a). Борьба с дезинформацией об изменении климата: доказательства долговечности прививки и консенсусных сообщений. J. Environ. Psychol. 70: 101455.

Google Scholar

Maertens, R., Roozenbeek, J., Basol, M., and van der Linden, S. (2020b). Долгосрочная эффективность прививки от дезинформации: три продольных эксперимента. J. Exp. Psychol. Применено doi: 10.1037 / xap0000315

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макгуайр, В.Дж. (1964). Сопротивление убеждению: некоторые современные подходы. Adv. Exp. Soc. Psychol. 1, 191–229. DOI: 10.1016 / S0065-2601 (08) 60052-0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макгуайр, У. Дж., И Папагеоргис, Д. (1961). Сопротивление убеждению, вызванное активным и пассивным предварительным опровержением тех же или альтернативных контраргументов. J. Abnormal Soc. Psychol. 63, 326–332.

Google Scholar

Мейеровиц, Э.A., Vannier, A. G. L., Friesen, M. G. N., Schoenfeld, S., Gelfand, J. A., Callahan, M. V., et al. (2020). Переосмысление роли гидроксихлорохина в лечении COVID-19. FASEB J. 34, 6027–6037. DOI: 10.1096 / fj.202000919

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Миллер К. Х., Иванов Б., Симс Дж., Комптон Дж., Харрисон К. Дж., Паркер К. А. и др. (2013). Повышение силы сопротивления: сочетание мотивационных сил прививки и психологической реактивности. Гум. Commun. Res. 39, 127–155. DOI: 10.1111 / j.1468-2958.2012.01438.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паркер К. А., Иванов Б. и Комптон Дж. А. (2010). Эффективность прививки в отношении рискованного поведения молодых людей: может ли прививка обеспечить перекрестную защиту от связанных, но не леченных проблем? Health Commun. 27, 223–233. DOI: 10.1080 / 10410236.2011.575541

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау, М., и Бокерн, С. В. (1994). Устойчивость прививки в придании устойчивости к началу курения среди подростков: второй год. Гум. Commun. Res. 20, 413–430. DOI: 10.1111 / j.1468-2958.1994.tb00329.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау, М., Комптон, Дж., Паркер, К. А., Ан, К., Виттенберг, Э. М., Фергюсон, М. и др. (2006). Загадка выбора времени для контраргулирующих эффектов при сопротивлении: стратегии, направленные на повышение устойчивости контраргулирующих результатов. Commun. Q. 54, 143–156. DOI: 10.1080 / 01463370600650845

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау, М., Иванов, Б., Хьюстон, Б., Хей, М., Симс, Дж., Гилкрист, Э. и др. (2005). Прививка и мысленная обработка: инструментальная роль ассоциативных сетей в процессе сопротивления контртитудному влиянию. Commun. Monogr. 72, 414–441. DOI: 10.1080 / 03637750500322578

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау, М., Роскос-Эволдсен, Д., Вуд, М., Инь, С., Чо, Дж., Лу, К.-Х. и др. (2003). Доступность отношения как альтернативное объяснение того, как прививка вызывает сопротивление. Commun. Monogr. 70, 39–51. DOI: 10.1080 / 715114663

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау, М., Тусинг, Дж., Кернер, А. Ф., Ли, У., Годболд, Л. К., Пеналоза, Л. Дж. И др. (1997). Обогащение конструкции прививки играет роль критических компонентов в процессе устойчивости. Гум.Commun. Res. 24, 187–215. DOI: 10.1111 / j.1468-2958.1997.tb00413.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пфау М., Ван Бокерн С. и Канг Дж. Г. (1992). Использование прививки для повышения устойчивости подростков к курению. Commun. Monogr. 59, 213–230. DOI: 10.1080 / 03637759209376266

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ричардс, А.С., Банас, Дж. А. (2015). Прививка против реакции на убедительные сообщения о здоровье. Health Commun. 30, 451–460.

Google Scholar

Рузенбек, Дж., Мартенс, Р., МакКланахан, В., и ван дер Линден, С. (2020a). Дифференциация предметов и эффекты тестирования в исследованиях прививки дезинформации в Интернете. Educ. Psychol. Измер. 1–23. DOI: 10.1177 / 0013164420940378 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рузенбек, Дж., Шнайдер, К. Р., Драйхерст, С., Керр, Дж., Фриман, А. Л. Дж., Ван дер Блес, А.М., et al. (2020b). Восприимчивость к дезинформации о COVID-19 во всем мире. R. Soc. Open Sci. 7: 201199. DOI: 10.1098 / RSOS.201199

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рузенбек Дж. И ван дер Линден С. (2018). Игра в фейковые новости: активная вакцинация от риска дезинформации. J. Risk Res. 22, 570–580. DOI: 10.1080 / 13669877.2018.1443491

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рузенбек, Дж., И ван дер Линден, С.(2019). Игра с фейковыми новостями оказывает психологическое сопротивление дезинформации в Интернете. Palgrave Commun. 5:65. DOI: 10.1057 / s41599-019-0279-9

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рузенбек, Дж., Ван дер Линден, С., и Нигрен, Т. (2020c). Предварительные вмешательства, основанные на теории «прививки», могут снизить восприимчивость к дезинформации в разных культурах. Гарвардская школа Кеннеди (HKS) Дезинформация. Ред. 1, 1–15. DOI: 10.37016 // MR-2020-008

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Uscinski, J.E., Enders, A.M, KLofstad, C., Seelig, M., Funchion, J., Everett, C., et al. (2020). Почему люди верят в теории заговора COVID-19? Гарвардская школа Кеннеди (HKS) Дезинформация. Ред. 1, 1–12. DOI: 10.37016 / MR-2020-015

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Van Bavel, J. J., Baicker, K., Boggio, P. S., Capraro, V., Cichocka, A., Cikara, M., et al. (2020). Использование социальных и поведенческих наук для поддержки ответных мер на пандемию COVID-19. Нат. Гм. Behav. 4, 460–471.DOI: 10.1038 / s41562-020-0884-z

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван дер Линден, С. (2015). Эффект заговора: знакомство с теориями заговора (о глобальном потеплении) снижает просоциальное поведение и признание науки. чел. Индивидуальный. Diff. 87, 171–173.

Google Scholar

ван дер Линден, С., Лейзеровиц, А., Розенталь, С., и Майбах, Э. (2017). Прививка общественности от дезинформации об изменении климата. Глобальные вызовы 1: 1600008. DOI: 10.1002 / gch3.201600008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван дер Линден, С., и Рузенбек, Дж. (2020). «Психологическая прививка против фейковых новостей», в Психология фейковых новостей: принятие, распространение и исправление дезинформации, , ред. Р. Грайфенадер, М. Джаффе, Э. Ньюман и Н. Шварц (Лондон: Psychology Press).

Google Scholar

Вонг, Н.С., и Харрисон, К.J. (2014). Нюансы вакцинации: защита позитивного отношения к вакцине против ВПЧ и практике вакцинации детей. J. Уход за здоровьем женщин 3: 6. DOI: 10.4172 / 2325-9795.1000170

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аннотация

rbdppRbdpp: Revista Brasileira de Direito ProcessualRbdpp: rev. бюстгальтеры. про. pen.2525-510XInstituto Brasileiro de Direito Processual Penal10.22197 / rbdpp.v6i3.368 Первоначальная статья Правовые гарантии от недобровольных признаний в преступлении в Польше и России Garantias legais contra confissões criminais coagidas na Polônia e na Rússia0000-0003-2884-9420en -8677-2559 Солодов Илья 2 1 Кафедра криминологии и криминалистики Варминско-Мазурского университета в Ольштыне, Польша.Кафедра криминологии и криминалистики Варминско-Мазурский университет в Ольштыне, Польша2 Воронежская коллегия адвокатов, Российская Федерация.Воронежская коллегия адвокатов, Российская Федерация Автор, ответственный за переписку: Денис Солодов. Кафедра криминологии и криминалистики Варминско-Мазурского университета в Ольштыне, Польша. Электронная почта: [email protected]Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution LicenseAbstract

Признание в преступлении является мощным и весьма инкриминирующим доказательством.Подлинное обвинительное признание может быть плодотворным источником новых доказательств, известных только фактическому преступнику. Это помогает обвинению построить более веские доводы против обвиняемого в ситуации, когда доступны только косвенные доказательства. В некоторых случаях, таких как убийства без участия человека и поджоги в дикой местности, трудно доказать участие и вину обвиняемого без его желания и полного сотрудничества. Все это объясняет, почему в эпоху передовых методов судебной экспертизы следователи по уголовным делам стремятся получить признательные показания, используя самые разные тактики.Однако исследования показывают, что некоторые методы допроса с большей вероятностью приводят к ложным признаниям, что, в свою очередь, увеличивает вероятность судебных ошибок. С точки зрения прав человека, Европейский суд по правам человека выразил серьезную озабоченность по поводу использования доказательств, полученных с помощью насилия, принуждения или пыток, но не смог установить баланс между эффективным правоприменением и адекватной защитой прав личности. В статье проанализированы правовые нормы против ненадлежащего принуждения полиции в Польше и России.Похоже, что каждая страна применяет свой подход к вопросу о принуждении со стороны полиции. В России законом предусмотрены особые правила допустимости признаний в преступлении, их доказательной силы и методы проверки достоверности показаний подозреваемого. В Польше закон наделяет национальные суды более широкими дискреционными полномочиями в отношении того, как обращаться с признательными показаниями и заявлениями, касающимися использования методов принудительного допроса. Основываясь на результатах анализа соответствующих правовых норм, прецедентного права и правовой доктрины, авторы стремились определить эффективность двух моделей в предотвращении и борьбе с признаниями в преступлении по принуждению.Было предложено несколько изменений для решения проблемы чрезмерного судебного формализма в отношении утверждений об использовании незаконных методов допроса.

Resumo

Конфигурация преступника является доказательством подозрительности и нарушением уголовных правонарушений. Uma confissão autoincriminatória autêntica pode ser uma fonte produtiva de novas provas conhecidas apenas pelo verdadeiro autor do Crime. Ela também ajuda acusação a construir um caso mais forte contra o réu em uma situação em que apenas indícios estão disponíveis.Em alguns casos, como homicídios sem localização do corpo e incêndios criminosos em terras selvagens, é diffícil provar a Participação e a culpa do réu sem o seu consentimento e total cooperação. Tudo isso explica por que, na era das técnicas forenses avançadas, osvestigadores buscam obter confissões usando uma variedade de estratégias. Estudos mostram, entretanto, que algumas técnicas de interrogatório têm maior probabilidade de индукzir falsas confissões, o que, por sua vez, Potencializa o risco de erros judiciais.Do ponto de vista dos direitos humanos, o Tribunal Europeu de Direitos Humanos expressou sérias preocupações sobre o uso de provas obtidas por meio de violência, coerção ou Tortura, mas nãoeleceu um Equilíbrio Entre a Penlicaça leosio ea aplicaça leosiée . Neste artigo, analisam-se as disições legais contra обязательной полицейской империи на Polônia e na Rússia. Afirma-se que cada país adota uma perspectiva diferente sobre a questão da coerção policial.Na Rússia, lei fornece regras específicas sobre a admissibilidade de confissões criminais, seu valor probatório e métodos de verificação da confiabilidade do depoimento do suspeito. Na Polônia, lei confere aos tribunais nacionais uma maior discricionariedade quanto ao modo de lidar com a confissão e as alegações em relação à utilização de técnicas de interrogatório coercivas. Com base nos resultados da análise de dispositivos legais pertinentes, jurisprudência e revisão bibliográfica, nesta pesquisa busca-seterminar a eficácia de dois modelos jurídicos na Prevention e tratamento de confissões penais coagidas.Em sede proporsitica, alterações foram sugeridas para abordar a questão do formalismo судебное превышение em relação às alegações sobre o uso de técnicas de interrogatório ilegais.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, право на справедливое судебное разбирательство, признания преступника, принуждение со стороны полиции, допустимость доказательств Введение

Проблема недобровольных признаний в преступлении сложна и может решаться на разных уровнях, включая правовой, административный, психологический и судебно-медицинский.Было опубликовано множество публикаций по психологии конфессий, в которых содержится ряд ценных идей. Исследователи обращают внимание на тот факт, что признание является самым убедительным доказательством, которым может располагать обвинение, главным образом потому, что очень маловероятно, что кто-либо добровольно признался бы в преступлении, которого он или она не совершал. Признание подозреваемого может стать плодотворным источником новых доказательств, особенно тех, которые известны только фактическому преступнику. Это также помогает создать более веские аргументы против обвиняемого в ситуации, когда есть только косвенные доказательства.В некоторых уголовных делах, таких как убийства без участия человека и поджоги в дикой природе, чрезвычайно сложно доказать причастность и вину обвиняемого без его добровольного полного сотрудничества. Неудивительно, что в эпоху передовых методов судебной экспертизы сотрудники полиции по-прежнему стремятся получить признательные показания подозреваемых или другие компрометирующие показания от лиц, подозреваемых в совершении уголовных преступлений. Для достижения этой цели используются различные тактики, некоторые из которых весьма спорны, а некоторые даже незаконны.Интересно, что проблема незаконного принуждения затрагивает не только развивающиеся страны, но и большинство западных государств.

Следует отметить, что запрещение пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения является основополагающим принципом международного права. Большинство стран мира ратифицировали Конвенцию Организации Объединенных Наций против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 года. В Европе Европейский суд по правам человека разработал впечатляющий свод прецедентного права, касающегося вопрос о ненадлежащем принуждении полиции.Следуя формулировке статьи 6 Европейской конвенции о правах человека, Суд, хотя и не в четко выраженных терминах, обязывает все государства-члены принять правовые гарантии против ненадлежащего принуждения со стороны полиции, включая правила исключения. Кроме того, некоторые государства-члены включили некоторые из соответствующих рекомендаций судебной экспертизы во внутреннее законодательство. В России, например, в 2001 году была введена специальная следственная процедура под названием «проверка доказательств на месте». Закон также ограничивает продолжительность допросов, вынуждая следователей делать регулярные перерывы.В польском уголовно-процессуальном законодательстве запрещается подменять показания обвиняемого содержанием документов или записей - правило, обеспечивающее приоритет прямых доказательств из первых рук.

В этой статье мы проанализировали правовые принципы и ограничения в отношении недобровольной дачи показаний в двух европейских странах - Польше и России. Кажется, что каждая страна применяет свой подход к проблеме полицейского принуждения. В России уголовно-процессуальный закон ограничивает свободу усмотрения судей в этой области, устанавливая подробные правила, касающиеся допросов в полиции, проверки признательных показаний и даже доказательной силы признаний в преступлении.В Польше суды обладают более широкими дискреционными полномочиями в отношении этого типа доказательств, включая рассмотрение исков о ненадлежащем принуждении полиции. Однако в обеих странах известны случаи неправомерных действий полиции не только в отношении преступлений, но и мелких правонарушений.

Цель статьи состояла в том, чтобы определить, могут ли существующие правовые средства защиты обеспечить эффективное средство правовой защиты от ненадлежащего принуждения со стороны полиции и правильно ли применяются и соблюдаются эти правовые положения.Исходя из этой цели, мы сформулировали вопрос исследования следующим образом:

- каково общее отношение к ненадлежащему принуждению со стороны полиции в международном и европейском праве?

- какие правовые гарантии существуют для защиты людей от ненадлежащего принуждения со стороны полиции в Польше и России? Как эти правовые нормы реализуются и соблюдаются на практике?

- что нужно сделать для улучшения защиты от неправомерного принуждения полиции с юридической стороны?

Наблюдения и выводы, представленные в статье, были основаны на анализе соответствующих правовых норм, прецедентного права и правовой доктрины, а также на собственном профессиональном опыте авторов в качестве адвокатов.Итак, делая выводы и предлагая правовые изменения, авторы осознавали тот факт, что их суждения могли быть несколько необъективными.

2. Правовые принципы, касающиеся ненадлежащего принуждения со стороны полиции в международном и европейском праве

Вопрос о ненадлежащем принуждении со стороны полиции уже много лет является частью постоянных дебатов о сложных отношениях между правами человека и эффективностью полицейских расследований. Соответствующие правовые стандарты были установлены в 1948 г. Всеобщей декларацией прав человека Организации Объединенных Наций, Европейской конвенцией о правах человека и основных свободах (1950 г.), а затем уточнены в Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, принятой Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций 10 декабря 1984 г. (Резолюция 39/46).

Хотя Всеобщая декларация прав человека не является обязательным международным договором, все государства обязаны соблюдать ее положения. Статья 5 Всеобщей декларации прямо запрещает применение пыток или жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения для получения информации или признания. Однако в нем не указывается поведение, представляющее собой пытку. Определение пытки можно найти в статье 1 Конвенции против пыток 1984 года, которая предусматривает, что термин «пытка» означает «любое действие, в результате которого человеку умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или психическое, за такие целей, таких как получение от него или третьего лица информации или признания, наказание его за действие, которое он или третье лицо совершило или подозревается в совершении, или запугивание или принуждение его или третьего лица, или по любой причине, основанной на дискриминации любого рода, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или другим лицом, действующим в официальном качестве, или по их подстрекательству, с согласия или молчаливого согласия ».Однако это не включает боль или страдание, возникающие только в результате законных санкций, присущие им или связанные с ними. Конвенция против пыток обязывает все государства обеспечить, чтобы «любое заявление, которое, как установлено, было сделано в результате пыток, не использовалось в качестве доказательства в ходе какого-либо разбирательства, кроме как против лица, обвиняемого в пытках, в качестве доказательства того, что это заявление было сделано» (Статья 15 Конвенции против пыток).

Европейская конвенция о правах человека рассматривает проблему ненадлежащего принуждения со стороны полиции в нескольких статьях: Статья 3 - Запрещение пыток, Статья 5 - Право на свободу и безопасность и Статья 6 - Право на справедливое судебное разбирательство.В своей применимой судебной практике Европейский суд подчеркивает, что право хранить молчание при допросе в полиции и право не свидетельствовать против самого себя являются признанными международными стандартами, лежащими «в основе понятия справедливой процедуры в соответствии со статьей 6». «Предоставляя обвиняемым защиту от ненадлежащего принуждения со стороны властей, эти иммунитеты способствуют предотвращению судебных ошибок и достижению целей статьи 6». В знаковом деле Gäfgen v.Германии, Суд постановил, что «даже в самых сложных обстоятельствах, таких как борьба с терроризмом и организованной преступностью, Конвенция категорически запрещает пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от поведения соответствующего лица». Однако это ограничение не обязательно распространяется на доказательства, полученные на основе доказательств, полученных с помощью пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Несмотря на то, что Суд осудил использование таких доказательств, их использование разрешено, если они не имеют решающего значения для дела.

В контексте ненадлежащего принуждения полиции Суд неоднократно подчеркивал важность права на юридическую помощь. В нескольких важных решениях, например, Салдуз против Ибрагима и других, Симеонови против Болгарии, Суд заявил, что незамедлительный доступ к адвокату является фундаментальной гарантией против принуждения и жестокого обращения с подозреваемыми со стороны полиции во время допросов под стражей. Как правило, каждому подозреваемому должен быть предоставлен доступ к правовой помощи с момента предъявления ему «уголовного обвинения» по смыслу Конвенции.Суд подчеркнул, что «лицо приобретает статус подозреваемого, требующего применения гарантий по статье 6, не тогда, когда этот статус официально присвоен ему или ей, а когда у национальных властей есть веские основания подозревать, что это лицо причастно к преступлению». уголовное преступление".

Тем не менее, в некоторых исключительных ситуациях доступ к адвокату может быть ограничен. Эти ограничения должны быть временными и обоснованными обстоятельствами дела.В деле Бёз против Бельгии риторика Суда несколько изменилась. Суд выразил мнение, что ограничение права на доступ к адвокату во время первого допроса в полиции без веских причин может быть уравновешено другими правовыми гарантиями, таким образом, справедливость судебного разбирательства, тем не менее, может быть сохранена. Некоторые комментаторы предполагают, что, преувеличив ограничения права на юридическую помощь, Суд создал лучшие условия для полиции и других правоохранительных органов на решающей начальной стадии уголовного судопроизводства.Однако более поздние постановления Суда демонстрируют, что они не отходят от ранее установленной прецедентной линии в отношении вопроса о ненадлежащем принуждении полиции. По мнению Суда, использование показаний, полученных в результате нарушения статьи 3 Конвенции, автоматически лишает судебное разбирательство справедливости и нарушает статью 6. Это правило применяется как к самообвиняющим заявлениям, сделанным обвиняемым, так и к свидетельским показаниям, полученным с нарушением. статьи 3.

На основании соответствующей прецедентной практики Суд выделяет три формы ненадлежащего принуждения со стороны полиции:

1.лицо давало показания под угрозой применения санкций или было наказано за отказ от дачи показаний;

2. Было применено физическое или психологическое давление для получения вещественных доказательств или заявлений

3. Власти использовали уловки для получения информации, которую они не смогли получить во время допроса.

Следует отметить, что данная классификация в целом совпадает с ситуативными факторами, связанными с признаниями в преступлении по принуждению.

Что касается допустимости доказательств, полученных незаконным путем, Суд подчеркивает его вспомогательную роль, указывая на тот факт, что Конвенция не устанавливает никаких правил по этому вопросу. Однако Суд неоднократно подчеркивает важность общей справедливости судебного разбирательства, которую, по мнению Суда, следует оценивать в свете следующих факторов:

- было ли разрешено защите оспаривать подлинность доказательств и возражать против их использования;

- качество рассматриваемых доказательств, а также обстоятельства, при которых они были получены, и не ставят ли эти обстоятельства под сомнение их надежность или точность;

- обстоятельства, при которых он был получен, а также его надежность или точность;

- были ли данные доказательства решающими для исхода уголовного дела.

Суд обычно различает два типа дел: те, в которых нарушения прав, защищаемых Конвенцией, могут быть «исправлены», и те, где такие нарушения «не исправимы» в отношении, например, применения пыток или других бесчеловечное обращение (статья 3 Конвенции) или лишение правовой помощи. В деле Эль-Хаски против Бельгии Суд установил, что оспариваемые утверждения, впоследствии использованные против заявителя, были получены в Марокко с использованием обращения, запрещенного статьей 3 Конвенции.По мнению Суда, национальные суды были обязаны не принимать их в качестве доказательств, если они не подтвердили сначала, что они не были получены таким образом. В своем решении Суд еще раз подчеркнул значение гарантии, предусмотренной статьей 3, постановив, что независимо от вида жестокого обращения, будь то пытки, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, судебное разбирательство в целом автоматически становится несправедливым. Суд выразил мнение, что это также верно в отношении дела, где обвинение использует реальные доказательства, полученные в результате пыток или бесчеловечного обращения, независимо от того, были ли такие доказательства решающими для исхода судебного разбирательства.Было бы несправедливо возлагать на заявителя бремя доказывания, выходящее за рамки демонстрации «реального риска» того, что рассматриваемые доказательства были получены в нарушение статьи 3 Конвенции. Суд также обратил внимание на тот факт, что утверждения о пытках часто трудно доказать, поскольку они практикуются тайно опытными следователями, которые умеют следить за тем, чтобы на жертве не оставалось видимых следов. «Слишком часто те, кому было предъявлено обвинение в недопущении пыток, - суды, прокуратура и медицинский персонал - были замешаны в их сокрытии».«В системе уголовного правосудия, где суды были независимы от исполнительной власти, где дела рассматривались беспристрастно и где утверждения о пытках расследовались добросовестно, можно предположительно потребовать от обвиняемого доказать на высоком уровне, что доказательства против него были получены пытками. Однако в системе уголовного правосудия, которая была замешана в самой практике, которую она существовала для предотвращения, такой стандарт доказывания был совершенно неуместным »(§ 86).

По нашему мнению, эти интерпретации требуют принятия эффективных правовых механизмов для усиления судебной реакции на утверждения о применении пыток или других незаконных методов расследования.

Следует отметить, что в нашем анализе европейского права мы намеренно опустили несколько директив, прямо или косвенно связанных с этим вопросом, таких как Директива 2012/13 / EU от 22 мая 2012 года о праве на информацию в уголовном судопроизводстве, Директива 2013/48 / EU от 22 октября 2013 г. о праве на доступ к адвокату в уголовном процессе, Директива (ЕС) 2016/1919 от 26 октября 2016 г. о правовой помощи подозреваемым и обвиняемым в уголовном процессе, Директива (ЕС) 2016/343 Европейского парламента и Совета от 9 марта 2016 г. об усилении определенных аспектов презумпции невиновности и права присутствовать в судебном процессе в уголовном процессе, Директива (ЕС) 2016/800 от 11 Май 2016 г. о процессуальных гарантиях в отношении детей, являющихся подозреваемыми или обвиняемыми в уголовном процессе.В отличие от Польши, Российская Федерация не участвовала в этих соглашениях. Кроме того, вышеупомянутые директивы якобы были выполнены Польшей, поэтому можно предположить, что польское законодательство уже выполнило их требования.

3. Правовые гарантии против признания в уголовном порядке под принуждением в Польше

В польском уголовно-процессуальном законодательстве есть несколько правовых положений, касающихся вопроса о дачи показаний с неправомерным принуждением. Во-первых, это правила допустимости доказательств.В соответствии со статьей 168a Уголовно-процессуального кодекса Польши 1997 года (УПК) доказательство не может считаться недопустимым только на том основании, что оно было получено с нарушением правил уголовного судопроизводства или в результате уголовного преступления, за исключением случаев, когда рассматриваемые доказательства был получен государственным должностным лицом в результате убийства, умышленного причинения телесных повреждений или незаконного лишения свободы. Согласно актуальной формулировке данной правовой нормы, доказательства, полученные с нарушением процессуальных норм, допустимы, если такое нарушение является единственным известным недостатком.

Следует отметить, однако, что в польской правовой доктрине и прецедентном праве положения статьи 168a УПК интерпретируются совершенно по-разному. Некоторые ученые предлагают толковать содержание этой статьи строго, следуя ее буквальному смыслу. Таким образом, доказательства, полученные с нарушением процессуальных норм или даже в результате совершения уголовного преступления, должны быть допустимы, если нет указаний на то, что государственное должностное лицо совершило убийство, умышленное причинение телесных повреждений или незаконное лишение свободы.Другие считают, что содержание статьи 168a УПК должно толковаться широко, в контексте других правовых норм, включая положения, касающиеся прав участников дела и основополагающих принципов польского законодательства. Некоторые исследователи говорят, что положения статьи 168a УПК необходимо интерпретировать в свете Конституции Польши и европейского права. Доказательства, полученные с нарушением процессуальных норм, будут недопустимыми, если государственное должностное лицо нарушает конституционные права и гарантии.В прецедентном праве Польши признается, что положения статьи 168a УПК не должны использоваться как способ придания силы незаконно полученным доказательствам в ситуации, когда процессуальные нарушения подрывают общую справедливость судебного разбирательства в свете статьи 6 Конвенции. Европейской конвенции. Следует отметить, что это мнение в целом совпадает с вышеупомянутым подходом Европейского суда к вопросу о незаконно полученных доказательствах уголовного преступления.

В прецедентном праве и правовой доктрине Польши преобладает мнение о том, что статья 168a УПК прямо не запрещает использование доказательств, полученных из доказательств, полученных незаконным путем.Некоторые авторы, однако, придерживаются мнения, что полученные доказательства должны считаться недопустимыми, если только они не имели решающего значения для исхода судебного разбирательства и обвиняемому было разрешено оспорить подлинность доказательств.

Во-вторых, согласно § 5 УПК незаконно влиять на высказывания допрашиваемого лица посредством принуждения или незаконной угрозы. Кроме того, полученные таким образом показания не могут служить доказательством (часть 7 статьи 171 УПК). В прецедентном праве и правовой доктрине нарушения такого типа единогласно признаются «неисправимыми».Например, в свете статьи 171 § 7 УПК, было бы незаконным допросить сотрудника милиции о содержании показаний подозреваемого, полученных в нарушение статьи 171 § 5 УПК. Из устоявшейся судебной практики также следует, что добровольность дачи показаний не может быть нарушена. Однако есть несколько спорных моментов. Прежде всего, правило статьи 171 § 7 УПК касается только процессуальных допросов, проводимых в соответствии с положениями УПК. Непроцедурный допрос в полиции, который часто предшествует процессуальному допросу, выходит за рамки данной статьи.Следует отметить, что закон не требует точной записи показаний, данных респондентом. Результат полицейского допроса должен быть кратко изложен в записке, сделанной полицейским впоследствии. Собеседник не может знакомиться с содержанием этой заметки, возражать или требовать исправления ее содержания. Однако стоит отметить, что польские суды, рассматривая утверждения о ненадлежащем принуждении к даче показаний, часто анализируют обстоятельства предшествующего допроса в полиции.

Кроме того, похоже, что статья 171 § 7 УПК не распространяется на поведение третьих лиц. Информация, полученная частным лицом с помощью пыток или другой формы незаконного принуждения, выходит за рамки статей 168a и 171 § 7 УПК. Следовательно, его можно использовать в качестве доказательства независимо от его надежности.

Другой недостаток связан с тем, как жалобы подсудимых относительно использования ненадлежащих методов допроса рассматриваются польскими судами.Ответ на обвинения в полицейском принуждении часто бывает слишком формальным. После допроса истца суд часто передает вопрос прокурору, который проводит внутреннее расследование и составляет официальный отчет. Поскольку обычно нет физических следов неправомерных действий полиции, расследование обычно концентрируется на свидетельских показаниях, которые в таких случаях могут быть искажены и крайне ненадежны. Частично проблема заключается в том, что такие утверждения часто рассматриваются как стратегия защиты, направленная на то, чтобы вызвать сомнения в отношении версии обвинения, особенно в ситуациях, когда обвиняемый ранее признался полностью или частично.С учетом этого суды обычно устанавливают недостаточно высокие стандарты доказывания. Кроме того, бремя доказывания в таких случаях часто ложно ложится на истца, а не на сторону обвинения. На сегодняшний день оглашены лишь несколько дел, в которых суды сталкивались с подобными исками. Однако эта весьма сомнительная процедура рассмотрения заявлений о неправомерном поведении полиции никогда не подвергалась официальной критике со стороны польских трибуналов высшего уровня. Следовательно, можно предположить, что этот неэффективный способ обработки таких требований известен и молчаливо одобрен.

Связь между статьей 168a и статьей 171 § 7 УПК - еще одна активно обсуждаемая тема. В. Ясинский заключает, что положения статьи 171 § 7 УПК должны рассматриваться как lex specialis, превалирующие над правилами статьи 168a УПК. Другие ученые, однако, предполагают, что в рамках существующей правовой базы положения статьи 168a УПК могут быть истолкованы таким образом, что они перевешивают положения статьи 171 УПК. Таким образом, эти авторы утверждают, что существует риск того, что доказательства, полученные с помощью процедур, в том числе те, которые предусмотрены статьей 171 УПК, будут допущены к использованию в судебном разбирательстве.Стоит отметить, что возможность такого неправильного толкования статьи 168a УПК была предметом жалобы омбудсмена Польши, направленной в Конституционный суд в 2016 году. Однако позже она была отозвана на основании незаконности нынешнего состава Суда.

В-третьих, согласно определению статьи 174 УПК, содержание документов и примечаний не может использоваться в качестве доказательств для объяснений обвиняемых или показаний свидетелей. Это важная гарантия права обвиняемого хранить молчание и защиту от подмены его или ее прямыми показаниями.Однако следует отметить, что такие документы могут быть использованы в качестве источника информации о новых доказательствах. Кроме того, подозреваемые в совершении преступления нередко признаются друзьям, членам семьи или медицинскому персоналу. Их показания впоследствии могут быть использованы как доказательство против подсудимого. Также необходимо отметить, что правило статьи 174 § 7 УПК применяется только к показаниям, полученным в ходе процессуальных допросов. Так, например, допустимы показания сотрудников полиции, выполнивших ордер на арест о предполагаемых признаниях обвиняемого.Показания сокамерников подсудимого также разрешены, несмотря на серьезные опасения по поводу их использования в уголовных делах.

В-четвертых, каждый человек, подозреваемый в совершении преступления, имеет право на адвоката по своему выбору. Однако, чтобы подать заявление на получение юридической помощи, необходимо выполнить несколько условий. В первую очередь, правовая помощь оказывается малоимущим обвиняемым, дела которых относятся к делам, защита которых обязательна. Согласно статье 79 УПК подозреваемый или обвиняемый в преступлении должен иметь защитника, если он (1) несовершеннолетний, (2) глухой, немой или слепой, (3) невменяемый, (4) не владеет польский язык.

Обвиняемый должен иметь защитника, если суд сочтет это необходимым в силу обстоятельств, препятствующих защите. Кроме того, в соответствии со статьей 80 УПК лицо, обвиняемое в совершении преступления, должно иметь защитника в ходе разбирательства в воеводском суде в качестве суда первой инстанции, если он или она обвиняется в совершении тяжкого преступления - преступления, срок наказания которого превышает три года лишения свободы. Если дело ответчика не подпадает ни под одну из этих категорий, он или она могут получить юридическую помощь по ходатайству, основанному на бедности, при условии, что отсутствие средств будет «надлежащим образом продемонстрировано» (статья 78 УПК).Однако в законе не оговаривается, как малообеспеченное лицо должно «адекватно продемонстрировать» свою неспособность нести расходы на защиту, что часто ограничивает доступ к юридической помощи.

Следует отметить, что некоторые организационные препятствия мешают осуществлению права на помощь адвоката в случае задержанных подозреваемых. Часто в отделениях полиции не предоставляется информация о местных адвокатах по уголовным делам и их контактных телефонах. Бывает также, что адвокат впервые встречается со своим клиентом после предъявления официальных обвинений.Излишне говорить, что на этом этапе адвокату обычно слишком поздно вмешиваться и предотвращать использование сомнительных методов допроса. Кроме того, следователям разрешается проводить допрос задержанных без защитника по своему выбору (статья 301 УПК). В прецедентном праве существует мнение, что доказательства, полученные в результате допроса подозреваемого, проведенного без присутствия адвоката, должны считаться допустимыми, кроме случаев, когда другие обстоятельства, т.е.е. те, которые перечислены в статьях 168a и 171 § 7 УПК, подорвут его приемлемость.

Важная гарантия предоставляется статьей 87 УПК, которая позволяет свидетелю быть представленным адвокатом по своему выбору во время допроса в полиции. Присутствие адвоката снижает вероятность неправомерных действий со стороны полиции. Однако в соответствии с частью 3 статьи 87 УПК прокурор может отказать адвокату в участии в разбирательстве, если он считает, что интересы свидетеля не требуют такого юридического представительства.Закон не определяет ситуации, когда в таком представлении может быть необходимость. На наш взгляд, это положение противоречит положениям статьи 6 (3) Европейской конвенции, поскольку отвечает интересам обвинения. Похоже, что эта тенденция в пользу обвинения преобладает в польском процессуальном праве. В рамках действующей правовой базы возможности адвокатов для активного участия в предварительных разбирательствах весьма ограничены - модель, которую критикуют многие польские ученые.

4. Правовые гарантии против признания в преступлении по принуждению в Российской Федерации

Уголовно-процессуальный кодекс России 2001 г. (УПК РФ) содержит несколько правовых мер защиты от принудительных действий полиции. Во-первых, согласно статье 75 (1) УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований Кодекса, считаются недопустимыми. Недопустимые доказательства лишены юридической силы и не могут служить основанием для обвинения или использоваться для доказательства каких-либо обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.Некоторые ученые предполагают, что правило, изложенное в статье 75 (1) УК РФ, может применяться только к доказательствам, инкриминирующим обвиняемого. Таким образом, доказательства, полученные с нарушением процессуальных правил, тем не менее могут быть использованы для доказательства невиновности подсудимого или для установления других фактов, которые могут быть полезны для защиты.

Защита может подать ходатайство об исключении доказательств на основании статьи 75 (1) УПК РФ либо в ходе предварительного расследования, либо позднее в ходе судебного разбирательства. Он также может быть подан в любое время в трибуналы высшего уровня.Если такое ходатайство подается на стадии расследования и государственный чиновник, ведущий дело, разрешает ходатайство, суд первой инстанции не сможет оценить эти доказательства. Поэтому ученые утверждают, что в таком случае должна быть возможность повторно исследовать исключенные доказательства в зале суда, поскольку закон требует, чтобы судьи по уголовным делам оценивали все доказательства, собранные по делу. Другие, однако, считают, что решение об исключении незаконно полученных доказательств, вынесенное на начальных этапах разбирательства, должно рассматриваться как окончательное.Однако его можно обжаловать во время судебного разбирательства или даже позже в суде более высокой инстанции, если обвинение подает соответствующее ходатайство. На практике ходатайства по ст. 75 УПК РФ обычно подаются и рассматриваются в судебном заседании.

В соответствии с инструкциями Верховного суда при рассмотрении ходатайств об исключении суды должны оценить характер предположительно нарушенной нормы. Однако не было определено никаких критериев для определения значимости рассматриваемого нарушения.Таким образом, суды обладают широкими полномочиями при принятии решения о допустимости незаконно полученных доказательств уголовного преступления. Верховный суд указал, что должно быть одно исключение. Если доказательства были получены путем нарушения индивидуальных прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации, как, например, было бы, если бы признательные показания обвиняемого были получены с применением пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения (право, предусмотренное статьей 21 Конституции), его следует признать недопустимым независимо от его содержания и достоверности.Это толкование в целом соответствует практике Европейского суда в отношении доказательств, полученных с нарушением прав, гарантированных Конвенцией. Тем не менее, информацию, предоставленную подозреваемым под пытками или другой формой принуждения, разрешается использовать при поиске других доказательств.

На практике российские суды часто предвзято относятся к искам о ненадлежащем принуждении полиции. Они, как правило, применяют неадекватно высокие стандарты доказывания, даже несмотря на то, что применение пыток широко распространено по всей стране.Например, в 2019 году российские суды признали 641 сотрудника правоохранительных органов виновным в превышении своих полномочий с применением насилия или специальных средств - преступлении, наказуемом по статье 286 УК РФ. Жалобы на использование методов принудительного допроса обычно рассматриваются как типичная стратегия защиты, а не как источник информации, требующий тщательной проверки. Довольно часто бремя доказывания в таких случаях ложно ложится на сторону защиты.

Статья 75 (2) УПК РФ предусматривает, что недопустимыми доказательствами являются доказательства, данные подозреваемым или обвиняемым в совершении преступления в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, в том числе по делам отказ от совета, а не подтвержденный ответчиком в суде. Следует отметить, что в России всем подозреваемым в уголовных преступлениях предоставляется бесплатная юридическая помощь, гарантирующая состязательность разбирательства. Присутствие адвоката считается обязательным, за исключением случаев, когда лицо косвенно отказывается от своего права на адвоката (ст. 51 ГПК РФ).Однако даже в этом случае следователь может настоять на присутствии адвоката для предотвращения тактически мотивированных ходатайств защиты. Если подозреваемый не может позволить себе адвоката, он будет предоставлен государством в соответствии со статьей 16 УПК РФ. Также стоит отметить, что защитник имеет широкий круг процессуальных прав на начальном этапе судебного разбирательства. Среди наиболее важных - право проводить параллельные расследования, в том числе право назначать судебно-медицинских экспертов и допрашивать свидетелей (статьи 49, 53, 86 УПК РФ).

Однако есть известная проблема с качеством бесплатной юридической помощи. В таких случаях нередко можно увидеть неэффективную и неадекватную защиту по уголовным делам. Это происходит по нескольким причинам. Во-первых, юристы, оказывающие юридическую помощь, получают недостаточную зарплату. С 2019 года адвокату платят около 2000 рублей в день, что составляет примерно 23 евро - очень небольшая сумма, учитывая стремительный рост стоимости жизни в России. Для многих адвокатов по уголовным делам эти деньги являются основным источником дохода.Поэтому они берут как можно больше дел. Возникающая в результате перегрузка беспокоит многих практикующих юристов и ученых. Что еще более важно, нет ничего необычного в неэтичном сотрудничестве между адвокатами, оказывающими юридическую помощь, и полицейскими. Чтобы получить больше дел в будущем, некоторые юристы сознательно игнорируют интересы своих клиентов, давая ошибочные юридические советы или просто отказываясь предлагать любую полезную юридическую информацию, которая могла бы помочь их клиентам выбрать наиболее эффективную стратегию защиты.К сожалению, все жалобы на такое неэтичное и весьма сомнительное поведение попадают в местные ассоциации адвокатов, которые возлагают бремя доказывания на истцов и часто в пользу их членов.

Другой недостаток связан с тем, что правила исключения, предусмотренные статьей 75 УПК РФ, не распространяются на допрос в полиции, который часто проводится перед официальным процессуальным допросом. Однако следует отметить, что большинство жалоб на предполагаемые неправомерные действия полиции касаются контактов подозреваемого с сотрудниками полиции за пределами комнаты для допросов.

Согласно статье 56 УПК РФ каждый подозреваемый в совершении преступления имеет право на юридическую помощь. Следователи обязаны уважать это право независимо от обстоятельств дела и целей допроса. Если такой свидетель настаивает на присутствии адвоката, его допрос следует отложить до прибытия выбранного адвоката. Присутствие адвоката имеет особое значение в уголовных делах, касающихся "белых воротничков", когда подозреваемые в совершении уголовных преступлений часто сохраняют статус свидетеля на начальном этапе расследования.Согласно статье 189 УПК РФ, адвокат свидетеля имеет право присутствовать на протяжении всего допроса, задавать вопросы и возражать против задаваемых вопросов, консультировать своего клиента в любое время во время допроса, добавлять замечания и возражения к письменному допросу. отчет. Эти положения соответствуют практике Европейского суда в отношении правового статуса лица, которое национальные власти подозревают в причастности к уголовному преступлению. Однако государство не предоставляет бесплатную юридическую помощь в таких случаях.

Следует отметить, что в соответствии со статьей 191 УПК РФ ребенок в возрасте до шестнадцати лет должен проходить собеседование в присутствии его родителя или опекуна, если это не противоречит интересам ребенка. Тот факт, что подозреваемых-подростков допрашивают в присутствии взрослого-союзника, очень важен. В 2013 году в положения статьи 45 УПК РФ были внесены изменения, позволяющие законным представителям ребенка обращаться за помощью к адвокату. Это положение обеспечивает дополнительную защиту этой особо уязвимой группе участников дела.Правило статьи 45 УПК РФ выходит за рамки обязательств государств-членов, вытекающих из судебной практики Европейского суда. Однако официальных данных о количестве уголовных дел, по которым была оказана такая помощь, нет.

В отличие от Польши, закон не запрещает замену показаний обвиняемого записями, личными дневниками или другими вторичными источниками информации. Однако в судебной практике можно найти важное исключение.В 2012 году Верховный суд России постановил, что показания следователей относительно содержания признательных показаний подозреваемого, полученные без присутствия адвоката, следует признать недопустимыми в соответствии со статьей 75 (2) УПК РФ. Тем не менее российские суды разрешают использовать показания информатора СИЗО - еще один весьма неоднозначный и ненадежный источник вторичных признаний.

Во-вторых, закон ограничивает продолжительность процессуальных допросов и допросов. Согласно статье 187 УПК РФ допросы и допросы не могут проводиться более четырех часов без перерыва и более восьми часов в день.В отношении несовершеннолетних предусмотрены еще более короткие сроки - ребенок в возрасте до семи лет может быть допрошен не более тридцати минут без перерыва и не более одного часа в день, ребенок в возрасте до четырнадцати лет может быть допрошен. допросить не более двух часов без перерыва и не более четырех часов в день. Нет никаких средств правовой защиты против следователей, нарушающих эти требования. Однако защита могла попытаться исключить признание на основании статьи 75 (1) УПК РФ или предположить, что с учетом обстоятельств дела длительные допросы ставят под угрозу надежность доказательств.

В-третьих, согласно статье 173 УПК РФ повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению, если он ранее отказался от дачи показаний на первом допросе, может быть проведен только по просьбе самого обвиняемого. Это правило относится к общему принципу, согласно которому никто не может быть принужден быть свидетелем против самого себя. Это также является важной гарантией против использования этого типа методов принудительного допроса.

В-четвертых, в 2001 году была введена специальная следственная процедура под названием «проверка доказательств на месте».Согласно статье 194 УПК РФ, доказательства, ранее данные подозреваемым или обвиняемым, а также потерпевшим или свидетелем, могут быть проверены или уточнены на месте, связанном с расследуемым событием. Эта процедура направлена ​​на установление «новых обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела» - положения, запрещающего следователям дублировать свидетельские показания, просто воспроизводя предыдущий допрос подозреваемого на месте. Важно отметить, что статья 194 УПК РФ содержит несколько известных рекомендаций судебно-медицинской экспертизы по проверке свидетельских показаний:

- проверка на месте составляет процедуру, в ходе которой подозреваемый воспроизводит ситуацию и обстоятельства расследуемого события, указывает на предметы, документы и следы, имеющие значение для уголовного дела, и демонстрирует определенные действия;

- любое постороннее вмешательство в процесс проверки или наводящие вопросы, а также одновременная проверка показаний нескольких лиц недопустимы;

- проверка доказательств начинается с предложения подозреваемому показать место, где его доказательства будут проверяться;

- только после того, как подозреваемый свободно расскажет историю и продемонстрирует действия, ему могут быть заданы вопросы.

Кроме того, при проверке доказательств на месте должно присутствовать не менее двух понятых, не заинтересованных в исходе дела, которые удостоверяют факт проведения процедуры, а также ее результаты. Если по каким-либо причинам участие понятых невозможно, следователи должны применять технические средства для документирования процесса проверки и ее результатов. Закон также требует присутствия адвоката подозреваемого во время процедуры (ст. 53 УПК РФ).Стоит отметить, что положения статьи 194 УПК РФ не исключают возможность инсценировки пятна путем добавления некоторых новых объектов или удаления оригинальных объектов для проверки способности подозреваемого выявлять эти несоответствия.

В-пятых, в соответствии со статьей 77 (2) УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может служить основанием для предъявления обвинения только в том случае, если его вина подтверждается совокупностью доказательств, имеющихся по уголовному делу. . Это положение относится к идее о том, что каждое доказательство, особенно признание подозреваемого, должно подвергаться перекрестной проверке с другими доказательствами, собранными по делу.Однако практическое значение статьи 77 (2) УПК РФ весьма ограничено. Маловероятно, что обвинение будет основано исключительно на неподтвержденных признаниях.

5. Обсуждение

Обсуждение признаний в преступлении, вызванных полицией, часто сводится к определению того, должны ли полиция или, в более широком смысле, правоохранительные органы быть наделены широкими дискреционными полномочиями перед своими полномочиями для эффективного решения текущих проблем или, вместо этого, индивидуальными правами. а привилегии следует отдавать предпочтение перед общественными интересами.При таком упрощенном подходе ответ может показаться очевидным: выбирая между индивидуальными правами и эффективностью расследования, многие, вероятно, выберут последнее. Однако в свете Европейской конвенции и судебной практики Европейского суда от всех государств требуется, хотя и не в явной форме, принять соответствующие правовые гарантии, включая правила об исключении доказательств. В случае Польши положения о допустимости незаконно полученных доказательств, т.е.е. Статью 168а, 171 УПК можно толковать по-разному. Отсутствие единого толкования этих положений по-прежнему вызывает серьезную озабоченность с точки зрения правовой определенности и прозрачности. В России национальные суды наделены широкими полномочиями при определении того, является ли рассматриваемое нарушение достаточно значительным, чтобы исключить полученные в результате доказательства. Это позволяет судам принимать решение о допустимости доказательств в каждом конкретном случае - модель, которая кажется оптимальной с учетом уникальности каждого дела.Однако отсутствие четких формальных критериев приводит к отсутствию единой практики и правовой определенности.

Другой общий недостаток связан с объемом исключающих правил, предусмотренных национальным законодательством. Официальному допросу часто предшествуют неофициальные допросы в полиции. В России от сотрудников полиции не требуется документировать процесс и результаты допроса. В Польше офицер полиции обязан предъявить официальную письменную справку. Однако такая заметка содержит субъективную оценку фактов и часто не содержит существенных подробностей событий.Без точной и надлежащей документации трудно установить факты, связанные с предполагаемыми неправомерными действиями полиции. Кроме того, в обеих странах доказательства, полученные на основе доказательств, полученных в нарушение обычных и конституционных прав ответчика, могут быть использованы на законных основаниях против обвиняемого.

Положительным моментом является то, что в обеих странах доказательства, полученные с нарушением прав, предусмотренных статьей 3 Европейской конвенции, считаются недопустимыми независимо от обстоятельств дела, таким образом, в соответствии с практикой Европейского суда.Тем не менее национальные суды склонны рассматривать утверждения об использовании ненадлежащих методов расследования как стратегию защиты. Хотя в некоторых случаях это может быть правдой, это все же довольно опасное обобщение. Это возлагает бремя доказывания, которое обычно имеет решающее значение для исхода дела, на сторону защиты. Судебные расследования заявлений о неправомерном поведении полиции часто проводятся с использованием формальных и неэффективных мер. Однако следует признать, что в таких случаях обычно имеется ограниченное количество доказательств.В обеих странах возможно и законно документировать процессуальные допросы, используя только письменные отчеты. Во многих случаях, касающихся предполагаемого использования ненадлежащих методов расследования, такие отчеты являются единственным источником информации о том, что произошло во время допроса, и о заявлениях, сделанных подозреваемым. Кроме того, письменный отчет следователя всегда является опосредованным отчетом о допросе, который неточно сохраняет существо заданных вопросов и сделанных заявлений.Мы предлагаем решить эту проблему путем введения дополнительных средств документации. Видеосъемка во время процессуальных допросов, а также допросов в полиции должна стать обязательной. Однако наш опыт показывает, что, несмотря на многие очевидные преимущества, видеосъемка допросов может создавать новые проблемы. Допросы подозреваемых длятся несколько часов, и редко, если вообще бывает, проводится только один такой допрос. Таким образом, анализ полученных записей часто является сложной и трудоемкой задачей как для защиты, так и для суда первой инстанции.По нашему мнению, наряду с видеозаписями следует вести письменные записи, чтобы дать краткий обзор показаний подозреваемого. Также предлагаем ввести обязательные медицинские осмотры подозреваемого после допросов и допросов в полиции.

Что касается других правовых гарантий, мы сомневаемся, что подробные положения, касающиеся продолжительности допросов, запрета на повторные допросы и доказательной ценности признаний, перевешивают более общие правила, предусмотренные польским законодательством (статья 171 УПК).Напротив, растущее количество жалоб о нарушениях статей 3 и 6 Конвенции против Российской Федерации может свидетельствовать об обратном. Более важным вопросом с точки зрения предотвращения ненадлежащего принуждения со стороны полиции является реализация права на помощь защитника. Практика, когда обвиняемый встречается со своим адвокатом по окончании расследования, весьма сомнительна с точки зрения судебной практики Европейского суда. С другой стороны, очень важно предоставлять не только доступную, но и качественную юридическую помощь.

Выводы

1. Нет сомнений в том, что правила исключения являются важной гарантией общепризнанного права на надлежащую правовую процедуру. Судебная практика Европейского суда в соответствии с положениями статьи 6 Конвенции обязывает все государства принимать такие правила для обеспечения достаточного уровня защиты. Однако расплывчатые формулировки соответствующих правовых положений могут быть фактором, снижающим их эффективность.

2. Утверждение относительно неправомерного принуждения к даче признательных показаний в преступлении должно привлечь больше внимания национальных судов, как того требует судебная практика Европейского суда.Для решения проблемы судебного формализма при оценке данного вида заявлений мы предлагаем ввести обязательную видеозапись всех допросов и допросов в полиции, а также обязательные медицинские осмотры подозреваемого.

3. В случае России вопрос о качестве бесплатной юридической помощи следует решать более эффективно. Крайне важно оказать квалифицированную юридическую помощь подозреваемому вне зависимости от его финансового положения. В случае Польши вопрос о том, должен ли быть более широкий доступ к правовой помощи на ранних стадиях уголовного судопроизводства, не может быть однозначным, поскольку закон значительно ограничивает права адвокатов.

4. Мы полагаем, что то, как следователи по уголовным делам проверяют признание, не менее важно. Практика показывает, что при работе с признаниями в преступлении проверка показаний подозреваемого на месте может дать ценные подсказки относительно того, является ли признание подлинным или нет. Мы считаем, что некоторые организационные аспекты этой довольно сложной следственной процедуры не следует оставлять на усмотрение следователей. Детальные положения статьи 194 УПК РФ относительно проверки доказательств на месте могут быть использованы в качестве эталона.

Список литературы 1. Отчет Комиссии за 2019 год о мониторинге применения законодательства ЕС. Доступно по адресу: https://ec.europa.eu/info/publications/2019-commission-report-monitoring-application-eu-law_en. Дата обращения: 10 сентября 2020 г. 2. Обращение Уполномоченного по правам человека в Польше по статье 168a УПК. Доступно по адресу: https://www.rpo.gov.pl/sites/default/files/Wniosek%20do%20TK%20owoce%20zatrutego%20drzewa%20art%20art.%20168a%20%20KPK%206.05.2016.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 3. БАЕВ О, СОЛОДОВ Д.Производство следственных действий: криминалистический анализ УПК России, практика, рекомендации. М .: Эксмо, 2010.БАЕВОСОЛОДОВД Производство следственных действий: криминалистический анализ УПК России, практика, рекомендации2010МоскваЭксмо4. БАЛАКШИН В С. Признание доказателей, полученных с нарушением требований уголовно-процессуального закона, недопустимыми и исключение их из уголовного дела. Российский суд я, п. 1, стр. 38 - 45, 2018. 5. BLONSKI M. Przeprowadzanie na rozprawie dowodów uzyskanych w ramach czynnosci operacyjno-rozpoznawczych.Прокуратура и право, н. 9. С. 78-92, 2017. 6. BRZOZOWSKI Себастьян. Dopuszczalnosc dowodu w kontekscie Regular Art. 168а к.п.к. Przeglad Sadowy, n. 10, стр. 60-74, 2016. 7. ЧЕБОТАРЕВА И Н. Отказ подозреваемого, обвиняемого от назначенного защитника: правовые позиции Конституционного Суда РФ. Адвокатская практика, п. 6, стр. 27 - 35, 2019. 8. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Польша от 6 июня 1997 г. Доступно по адресу: https://isap.sejm.gov.pl/isap.nsf/download.xsp/WDU199708

/U/D19970555Lj.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 9. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 18 декабря 2001 г. Доступно по адресу: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/. Доступ: 10 сентября 2020 г. Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г. Доступно по адресу: https://treaties.un.org/doc/Treaties/1987/06/19870626%2002-38%20AM/Ch_IV_9p.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. Директива (ЕС) 2016/343 Европейского парламента и Совета от 9 марта 2016 г. об усилении некоторых аспектов презумпции невиновности и права присутствовать в судебном разбирательстве по уголовным делам.Доступно по адресу: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=CELEX%3A32016L0343. Доступ: 10 сентября 2020 г. Директива (ЕС) 2016/800 от 11 мая 2016 г. о процессуальных гарантиях для детей, которые являются подозреваемыми или обвиняемыми в уголовном процессе, доступна по адресу: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/? uri = CELEX% 3A32016L0800. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 13. Директива 2012/13 / EU от 22 мая 2012 г. о праве на информацию в уголовном судопроизводстве. Доступно по адресу: https://eur-lex.europa.eu / legal-content / EN / TXT /? uri = celex: 32012L0013. Доступ: 10 сентября 2020 г. 14. Директива 2013/48 / ЕС от 22 октября 2013 г. о праве доступа к адвокату в уголовном процессе. Доступно по адресу: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=celex%3A32013L0048. Доступ: 10 сентября 2020 г. 15. ДЖАБИРОВ А. Безмолвное признание, или Молчать мозно по-разному. Ez Jurist, n. 13, стр. 6-11, 2016. 16. EECHAUDT V, CLAEYS J, BEKEN T V, CIUFFOLETTI S, HUGUES DE SUREMAIN RANAL D. Исследовательский проект EUPRETRIALRIGHTS Улучшение защиты основных прав и доступа к юридической помощи для заключенных в Европейском Союзе.Анализ европейского права в части доступа задержанных к закону и суду. Доступно по адресу: https://biblio.ugent.be/publication/8625571/file/8625572. Доступ: 10 сентября 2020 г. 17. Европейская конвенция о правах человека и основных свободах 1950 г., Доступно по адресу: https://www.echr.coe.int/Documents/Convention_ENG.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 18. Европейский суд по правам человека. Анализ статистики 2019. Доступно по адресу: https://www.echr.coe.int/Documents/Stats_analysis_2019_ENG.pdf /. Доступ: 10 сентября 2020 г. 19. Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека на справедливое судебное разбирательство (уголовная часть). Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 75. Доступно по адресу: https://www.echr.coe.int/Documents/Guide_Art_6_criminal_ENG.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 20. Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека. Право на справедливое судебное разбирательство (уголовная ветвь). Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 36. Доступно по адресу: https: // www.echr.coe.int/Documents/Guide_Art_6_criminal_ENG.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 21. Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека на справедливое судебное разбирательство (уголовная часть). Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 38-39. Доступно по адресу: https://www.echr.coe.int/Documents/Guide_Art_6_criminal_ENG.pdf. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 22. Европейский суд по правам человека. Решение по делу Affaire Urazbayev v. Russia от 8 октября 2019 г. 13128/06. Доступно по адресу: http: // hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-196408. Доступ: 10 сентября 2020 г. 23. Европейский суд по правам человека. Решение по делу Алмаси против Сербии от 8 октября 2019 г. 21388/15. Доступно по адресу: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-196417. Доступ: 10 сентября 2020 г. 24. Европейский суд по правам человека. Решение по делу Эль-Хаски против Бельгии от 25 сентября 2012 года. 649/08. Доступно по адресу: https://hudoc.echr.coe.int/fre#%22itemid%22:% 22001-113445% 22. Доступ: 10 сентября 2020 г.25. Европейский суд по правам человека. Решение по делу Ибрагим и другие против Соединенного Королевства от 16 декабря 2014 года. 50541/08, 50571/08, 50573/08 и 40351/09. Доступно по адресу: http://hudoc.echr.coe.int/fre?i=001-148676. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 26. Европейский суд по правам человека. Решение Большой палаты по делу «Джон Мюррей против Соединенного Королевства» от 8 февраля 1996 года. 18731/91. Доступно по адресу: https://hudoc.echr.coe.int/eng#.%22dmdocnumber%22:% 22695857% 22,% 22itemid% 22:% 22001-57980% 22.Время доступа: 10 сентября 2020 г. 27. Европейский суд по правам человека. Решение Большой Палаты по делу Гефген против Германии от 1 июня 2010 года. 22978/05. Доступно по адресу: https://hudoc.echr.coe.int/tur#{%22itemid%22:% 22001-99015% 22}. Дата доступа: 10 сентября 2020 г. 28. Европейский суд по правам человека. Решение Большой Палаты по делу Симеонови против Болгарии от 12 мая 2017 года. 21980/04. Доступно по адресу: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-172963. Доступ: 10 сентября 2020 г.29. Европейский суд по правам человека. Решение Большой палаты по делу Бёз против Бельгии от 9 ноября 2018 г. 71409/10. Доступно по адресу: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-187802. Доступ: 10 сентября 2020 г. 30. FRANCIFOROVA S Ju. Правовые гарантии деятельности адвоката в уголовном судопроизводстве. Адвокатская практика, п. 5, стр. 14 - 18, 2019.31. ГАБЕРЛЬ А. Доводы в садовом процессе карным, Краков: Wolters Kluwer, 2007. 32. GORA L. Aksjologia processowa dopuszczalnosc dowodu z art.168а к.п.к. Panstwo i Prawo, n. 10, стр. 131-132, 2018. 33. Постановление Правительства о размере оплаты услуг адвокатов от 1 декабря 2012 г. Доступно по адресу: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_138571/. Дата доступа: 10 сентября 2020 г. 34 34. ГРУЗА Ева, ГОК Мечислав, МОЩИНСКИЙ Ярослав. Kryminalistyka, czyli o wspólczesnych metodach dowodzenia przestepstw. Загадние креветки. Варшава: Вольтерс Клувер, 2020.GRUZA EwaGOC MieczyslawMOSZCZYNSKI JaroslawKryminalistyka, czyli o wspólczesnych metodach dowodzenia przestepstw.Zagadnienia prawne2020ВаршаваWolters Kluwer35. ГУДЖОНССОН Гисли Х. Психология допросов и признаний: Справочник. Чичестер: John Wiley & Sons Ltd, 2003. 36. GUDJONSSON Gisli H, PEARSE John. Допросы подозреваемых и ложные признания. Текущие направления в психологической науке, т. 20, н. 1, стр. 33–37, 2011. https://doi.org/10.1177%2F096372141039682437. Рекомендации Верховного Суда РФ по применению положений Конституции РФ от 3 марта 2004 г.Доступно на: http://www.constitution.ru/decisions/10003328/10003328.htm. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 38. HO H L. Обоснование справедливого судебного разбирательства для исключения неправомерно полученных доказательств. В: ГЛЕСС С., РИХТЕР Т. (редакторы). Обеспечивают ли правила исключения справедливое судебное разбирательство? Ius Gentium: Сравнительные перспективы закона и правосудия, т. 74, стр. 283-305, 2019. 39. ХОДГСОН Дж. Вызов универсальных норм: обеспечение эффективных прав защиты в различных юрисдикциях и правовых культурах. Журнал права и общества, 46, стр.95-114, 2019. https://doi.org/10.1111/jols.1218540. Хьюман Райтс Вотч. Постоянные пытки и жестокое обращение. Доступно по адресу: https://www.hrw.org/reports/1999/russia/Russ99o-04.htm. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 41. Хьюман Райтс Вотч. World Report 2020, Доступно по адресу: https://www.hrw.org/sites/default/files/world_report_download/hrw_world_report_2020_0.pdf. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 42. ИСАЕНКО В Н. Вопросы допустимости доказателей в материалах судебной практики. Уголовное право, п.5, стр. 113 - 120, 2017. 43. JASINSKI W. Racjonalna regacja karnoprocesowej dopuszczalnosci dowodów uzyskanych z naruszeniem praw jednostki. Acta Universitatis Wratislaviensis, n. 3978, стр. 83-95, 2020. https://doi.org/10.19195/0137-1134.120.5444. JASINSKI W. Rozdzial 26. Zasady wykorzystywania dowodów. В: ХОФМАНСКИЙ П., СКОРУПКА Ю. (ред.). Система Prawa Karnego Procesowego. Том VIII: Доводи. Часть 2, Варшава: LexisNexis, стр. 2668-2669, 2019. 45. Решение Апелляционного суда Гданьска от 22 июня 2016 г. по делу №II AKa 150/16. Доступно по адресу: https://sip.lex.pl/orzeczenia-i-pisma-urzedowe/orzeczenia-sadow/ii-aka-150-16-ustalanie-przez-sad-prawidlowosci-522177843. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 46. Решение Апелляционного суда Познани от 17 июня 2014 г. по делу № II AKa 107/14. Доступно по адресу: https://sip.lex.pl/orzeczenia-i-pisma-urzedowe/orzeczenia-sadow/ii-aka-107-14-prowadzenie-przed-przesluchaniem-rozmowy-521587565. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 47. Решение Апелляционного суда Варшавы от 9 октября 2017 года по делу №II AKa 310/17. Доступно по адресу: https://sip.lex.pl/orzeczenia-i-pisma-urzedowe/orzeczenia-sadow/ii-aka-310-17-wplywanie-na-wypowiedzi-osoby-522498318. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 48. Решение районного суда Ченстоховы от 8 мая 2019 г. VII Ка 58/19. Доступно по адресу: https://sip.lex.pl/orzeczenia-i-pisma-urzedowe/orzeczenia-sadow/vii-ka-58-19-wyrok-sadu-okregowego-w-czestochowie-522761214. Время доступа: 10 сентября 2020 г. 49. Решение Верховного суда Польши от 26 июня 2019 г.IV КК 328/18. Доступно по адресу: http://www.sn.pl/sites/orzecznictwo/Orzeczenia3/IV%20KK%20328-18.pdf. Доступ: 10 сентября 2020 г. 50. Решение Верховного суда Польши от 27 июня 2017 г. по делу № II КК 82/17. Доступно по адресу: https://sip.lex.pl/orzeczenia-i-pisma-urzedowe/orzeczenia-sadow/ii-kk-82-17-podstawy-kasacji-rzecznika-praw-522431726. Доступ: 10 сентября 2020 г. 51. Решение Верховного суда Польши от 9 октября 2019 г. II КК 500/18. Доступно по адресу: https: //sip.lex.pl / orzeczenia-i-pisma-urzedowe / orzeczenia-sadow / v-kk-500-18-postanowienie-sadu-najwyzszego-523102815. Доступ: 10 сентября 2020 г. 52. Решение Верховного Суда РФ от 6 марта 2016 г. по делу № 70-? 12-3. Доступно на: http://base.garant.ru/70310476/. Доступ: 10 сентября 2020 г. 53. Судебный департамент при Верховном Суде РФ. Статистические данные о решениях судов в 2019 году. Доступно по адресу: https://www.hrw.org/reports/1999/russia/Russ99o-04.htm. Доступ: 10 сентября 2020 г.54. КАРЬЯКИН Е А. Асимметрия правил о допустимости доказательств в уголовном судопроизводстве как форма реализации положения о благоприятствовании защиты. Российская юстиция, п. 9, стр. 33 - 36, 2017. 55. КАССИН С.М., ДРИЗИН С.А., ГРИССО Т., ГУДЖОНССОН Г.Х., Лео РА, РЕДЛИЧ А.Д. Признания, вызванные полицией: факторы риска и рекомендации. Закон и человеческое поведение, n. 34, стр. 16-19 октября 2010 г. 56. КАССИН Саул М., ГУДЖОНССОН Гисли Х. Психология конфессий: обзор литературы и проблем. Психологическая наука в интересах общества, т.5, п. 2, стр. 33-67, 2004. 57. KMIECIK R. Zakazy dowodowe - pojecie i ich klasyfikacja. Skutki Procowe naruszenia zakazów, Reg i gwarancji Procowych w postepowaniu dowodowym. В кн .: КМИЭКИК, Р. (редактор). Prawo dowodowe. Zarys wykladu, Warszawa: Wolters Kluwer, 2008. 58. КОРНАКОВА С В. Некоторые суждения о несовершенстве нормы упк рф, касающихся признания вина обвиняемым. Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения, н. 4 (26), с. 110-118, 2019. 59. КУЧАРЧИК Мариуш. Zakaz substytuowania dowodu z wyjasnien oskarzonego trescia pism, zapisków i notatek urzedowych.Прокуратура и право, н. 5, стр. 137-148, 2005. 60. KULESZA C. Rozdzial 10. Оброньца. В: КУЛЕСЦА Ц. (редактор). Том VI: Строны и инни учестныи постепования карного. В: ХОФМАНСКИЙ П. (редактор). Система права карного процесса, Варшава: Вольтерс Клувер, стр. 862-975, 2016. 61. КУРЧЕНКО В Н. Обеспечение раскрываемого права на заситу: интерпретация в судебной практике. Уголовное парво, п. 1, стр. 89-95, 2019. 62. ЛЕО Р. Допросы в полиции, ложные признания и предполагаемые случаи жестокого обращения с детьми. Журнал правовой реформы Мичиганского университета, n.50, стр. 693-721, 2017. 63. ЛИПИНСКИЙ Конрад. Klauzula uadekwatniajaca przeslanki niedopuszczalnosci dowodu w postepowaniu karnym (статья 168a k.p.k.). Прокуратура и право, н. 11, стр. 44-59, 2016. 64. МАККОНВИЛЛ Майкл, БАЛДУИН Джон. Роль допроса в раскрытии и осуждении преступлений. Британский журнал криминологии, т. 22, н. 2, стр. 165-175, 1982. https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.bjc.a04729665. MOSCATELLI Ливия Юен Нган. Считайте себя таковой конфссао е о методе Reid aplicado na investgação Criminal.Revista Brasileira de Direito Processual Penal, v. 6, n. 1, стр. 361-394, 2020. https://doi.org/10.22197/rbdpp.v6i1.33166. НАУМОВ К А. Новый шаг закона: повысится ли эффективность судебного контроля и прокурорского надзора? Законность, п. 4, стр. 41 - 47, 2017 г. 67. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за 2018 г., Вестник Верховного Суда Российской Федерации, п. 1 августа 2019 г. 68. РАССИН Эрик, ИЗРАИЛЬ Хан. Ложные признания в лаборатории: обзор. Erasmus Law Review, v.7, п. 4, стр. 219-224, 2014. 69. РУДИЧ В. В., Стандарты допустимости доказателей по уголовным делам, разработанные в решениях Европейского суда по правам человека. Международное уголовное право и международная юстиция, п. 5, стр. 9 - 12, 2017. 70. РУСИНЕК М. Роздзиал 25. Заказ односмотра сие до способу доводзения. В кн .: Скорупка Дж. (Редактор). Система Prawa Karnego Procesowego. Том VIII. Ческ 2: Доводы. Варшава: Вольтерс Клувер, стр. 1982-1995, 2019. 71. RUSSANO Melissa B, MEISSNER Christian A, NARCHET Fadia M, KASSIN Saul M.Исследование истинных и ложных признаний в рамках новой экспериментальной парадигмы. Психологическая наука, н. 16 (6), с. 481-486, 2015. 72. СРЕДНЕВ В А. К вопросу некоторых оценок профанации адвокатской деятельности в отечественном уголовном процессе. Advokatskaa praktika, n. 3, стр. 39-44, 2019. 73. SKORUPKA J. Prokonstytucyjna wykladnia przepisów prawa dowodowego w processing karnym. В: GRZEGORCZYK, T .; ОЛЬШЕВСКИЙ Р. (редакция). Verba volant, scripta manent. Proces karny, prawo karne skarbowe i prawo wykroczen po zmianach z lat 2015-2016.Ksiega pamiatkowa poswiecona Profesor Monice Zbrojewskiej, Warszawa: Wolters Kluwer, p. 351-364, 2016. 74. SKORUPKA J. Wykorzystanie w postepowaniu karnym dowodów bezposrednio i posrednio legalnych. В: GODYN, J .; ХУДЗИК, М .; ПАПЖИЦКИЙ Л.К. (ред.). Zagadnienia prawa dowodowego. Warszawa: Sad Najwyzszy, стр. 29-30, 2011 г. 75. СОЛОВЬЕВА Н.А., ПЕРЕКРЕСТОВ В Н. Доказательная функция признания. Российская устьица, п. 11, стр. 13-18, 2008 г. 76. Всеобщая декларация прав человека 1948 года. Доступно по адресу: https: // www.un.org/en/universal-declaration-human-rights/. Дата доступа: 10 сентября 2020 г. WASEK-WIADEREK Malgorzata. Przeglad orzecznictwa Europejskiego dotyczacego spraw karnych. Зешит, н. 1-2, с.21, 2010. 78. ZBIKOWSKA M. Dowód posrednio nielegalny w polskim processing karnym. Wojskowy Przeglad Prawniczy, № 1-2, стр. 108-124, 2012.1

- кандидат технических наук, доцент. Кафедра криминологии и криминалистики Варминско-Мазурского университета в Ольштыне, Польша.

2

- кандидат юридических наук, адвокат, Воронежская коллегия адвокатов, Российская Федерация.

3

- ГУДЖОНССОН, Гисли Х. Психология допросов и признаний: Справочник. Чичестер: John Wiley & Sons Ltd, 2003; КАССИН, Саул М .; ГУДЖОНССОН, Гисли Х. Психология конфессий: обзор литературы и проблем. Психологическая наука в интересах общества, v. 5, n. 2, стр. 33–67, 2004; РУССАНО, Мелисса Б .; МЕЙСНЕР, Кристиан А .; NARCHET, Fadia M .; КАССИН, Сол М. Исследование истинных и ложных признаний в рамках новой экспериментальной парадигмы.Психологическая наука, н. 16 (6), с. 481-486, 2015.

4

- РАССИН, Эрик; ИЗРАИЛЬ, Хан. Ложные признания в лаборатории: обзор. Erasmus Law Review, v. 7, n. 4, стр. 219, 2014.

5

- МОСКАТЕЛЛИ, Ливия Юэн Нган. Считайте себя таковой конфссао е о методе Reid aplicado na investgação Criminal. Revista Brasileira de Direito Processual Penal, v. 6, n. 1, стр. 368, 2020; МАККОНВИЛЛ, Майкл; БАЛДУИН, Джон. Роль допроса в раскрытии и осуждении преступлений.Британский журнал криминологии, т. 22, н. 2, стр. 165, 1982; GUDJONSSON, Gisli H .; ПЕРС, Джон. Допросы подозреваемых и ложные признания. Текущие направления в психологической науке, т. 20, н. 1, стр. 33-34, 2011.

6

- Хьюман Райтс Вотч. World Report 2020, Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

7

- В этой статье термины «принуждение со стороны полиции» и «ненадлежащее воздействие со стороны полиции» используются как общие термины, охватывающие физические пытки или другие формы ненадлежащего принуждения, используемые ключевыми «игроками» самого нижнего уровня системы уголовного правосудия, такими как сотрудников полиции и правоохранительных органов других следственных органов для получения признательных показаний в преступлении и других компрометирующих заявлений.

8

- КУЧАРЧИК, Мариуш. Zakaz substytuowania dowodu z wyjaśnień oskarżonego treścią pism, zapisków i notatek urzędowych. Прокуратура и право, н. 5, стр. 147-148, 2005.

9

- Всеобщая декларация прав человека 1948 года. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

10

- Европейская конвенция о правах человека и основных свободах 1950 г., Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

11

- Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г., Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

12

- Европейский суд по правам человека. Решение Большой палаты по делу Джон Мюррей против Соединенного Королевства от 8 февраля 1996 г.№ приложения 18731/91. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

13

- Европейский суд по правам человека. Решение Большой Палаты по делу Гефген против Германии от 1 июня 2010 года. 22978/05. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

14

- ВОНСЕК-ВЯДЕРЕК, Малгожата.Przegląd orzecznictwa Europejskiego dotyczącego spraw karnych. Зешит, н. 1-2, с.21, 2010.

15

- Европейский суд по правам человека. Решение по делу Ибрагим и другие против Соединенного Королевства от 16 декабря 2014 года. 50541/08, 50571/08, 50573/08 и 40351/09. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

16

- Европейский суд по правам человека. Решение Большой палаты по делу Simeonovi v.Болгария от 12 мая 2017 г. 21980/04. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

17

- Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека на справедливое судебное разбирательство (уголовная часть). Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 75. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

18

- Европейский суд по правам человека.Решение Большой палаты по делу Бёз против Бельгии от 9 ноября 2018 г. 71409/10. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

19

- ХОДГСОН, Дж. Вызов универсальных норм: обеспечение эффективных прав на защиту в различных юрисдикциях и правовых культурах. Журнал права и общества, 46, стр. 95-114, 2019; EECHAUDT, V., CLAEYS, J., BEKEN, T. V .; CIUFFOLETTI, S .; ХЮГ ДЕ СЮРЕМЕН, РАНАЛ, Д.Исследовательский проект EUPRETRIALRIGHTS Улучшение защиты основных прав и доступа к юридической помощи для лиц, содержащихся под стражей в Европейском Союзе. Анализ европейского права в части доступа задержанных к закону и суду. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

20

- Европейский суд по правам человека. Решение по делу Affaire Urazbayev v. Russia от 8 октября 2019 г.13128/06. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г .; Европейский суд по правам человека. Решение по делу Алмаши против Сербии от 8 октября 2019 г. 21388/15. Доступно на: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

21 год

- Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека на справедливое судебное разбирательство (уголовная часть).Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 36. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

22

- КАССИН, С. М .; ДРИЗИН, С. А .; GRISSO, T .; GUDJONSSON, G.H .; LEO, R.A .; РЕДЛИЧ, А.Д. Признания, вызванные полицией: факторы риска и рекомендации. Закон и человеческое поведение, n. 34, стр. 16-19, 2010; ЛЕО, Р. Допросы в полиции, ложные признания и предполагаемые случаи жестокого обращения с детьми. Журнал правовой реформы Мичиганского университета, n.50, стр. 710-714, 2017.

23

- Европейский суд по правам человека. Руководство по статье 6 Европейской конвенции о правах человека на справедливое судебное разбирательство (уголовная часть). Обновлено 30 апреля 2020 г., с. 38-39. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г .; РУДИЧ, В.В. Стандарты допустимости доказательств по уголовным делам, разработанные в решениях Европейского суда по правам человека. Международное уголовное право и международная юстиция, п.5, стр. 9 - 12, 2017.

24

- Европейский суд по правам человека. Решение по делу Эль-Хаски против Бельгии от 25 сентября 2012 года. 649/08. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

25

- Директива 2012/13 / EU от 22 мая 2012 г. о праве на информацию в уголовных процессах. Доступно по адресу: .Время доступа: 10 сентября 2020 г.

26 год

- Директива 2013/48 / EU от 22 октября 2013 г. о праве доступа к адвокату в уголовном процессе. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

27

- Директива (ЕС) 2016/343 Европейского парламента и Совета от 9 марта 2016 г. об усилении некоторых аспектов презумпции невиновности и права присутствовать в судебном разбирательстве по уголовному делу.Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

28 год

- Директива (ЕС) 2016/800 от 11 мая 2016 г. о процессуальных гарантиях для детей, которые являются подозреваемыми или обвиняемыми в уголовном процессе, Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

29

-2019 Отчет Комиссии по мониторингу применения законодательства ЕС.Доступно по адресу: . Дата обращения: 10 сентября 2020 г.

30

- Уголовно-процессуальный кодекс Республики Польша от 6 июня 1997 г. Доступно по адресу: /U/D19970555Lj.pdf>. Время доступа: 10 сентября 2020 г.

31 год

- BRZOZOWSKI, Себастьян. Dopuszczalność dowodu w kontekście Regular Art.168а к.п.к. Przegląd Sądowy, n. 10, стр. 60-74, 2016.

32

- JASIŃSKI, W. Rozdział 26. Zasady wykorzystywania dowodów. В: ХОФМАЙСКИЙ П., СКОРУПКА Ю. (ред.). Система Prawa Karnego Procesowego. Том VIII: Доводи. Часть 2, Варшава: Lexis Nexis, стр. 2675, 2019; JASIŃSKI, W. Racjonalna regacja karnoprocesowej dopuszczalności dowodów uzyskanych z naruszeniem praw jednostki. Acta Universitatis Wratislaviensis, n. 3978, стр. 87, 2020.

33

- СКОРУПКА, Ю.Prokonstytucyjna wykładnia przepisów prawa dowodowego w processing karnym. В: GRZEGORCZYK, T .; ОЛЬШЕВСКИЙ Р. (редакция). Verba volant, scripta manent. Proces karny, prawo karne skarbowe i prawo wykroczeń po zmianach z lat 2015-2016. Księga pamiątkowa poświęcona Profesor Monice Zbrojewskiej, Warszawa: Wolters Kluwer, p. 360, 2016; BŁOŃSKI, M. Przeprowadzanie na rozprawie dowodów uzyskanych w ramach czynności operacyjno-rozpoznawczych. Прокуратура и право, н. 9, стр.90, 2017; ЛИПИНСКИЙ, Конрад. Klauzula uadekwatniająca przesłanki niedopuszczalności dowodu w postępowaniu karnym (арт.168а к.п.к.). Прокуратура и право, н. 11, стр. 44-59, 2016.

34

- Решение Верховного суда Польши от 26 июня 2019 г. IV КК 328/18. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

35 год

- Решение районного суда Ченстоховы от 8 мая 2019 г. VII Ка 58/19. Доступно по адресу: .Доступ: 10 сентября 2020 г .; JASISKI, W. Rozdział 26. Zasady wykorzystywania dowodów, p. 2726.

36

- SKORUPKA, J. Wykorzystanie w postępowaniu karnym dowodów bezpośrednio i pośrednio legalnych. В: GODYŃ, J .; ХУДЗИК, М .; ПАПЖИЦКИЙ Л.К. (ред.). Zagadnienia prawa dowodowego. Warszawa: Sąd Najwyższy, стр. 29-30, 2011г.

37

- GABERLE, A. Dowody w sądowymcesses karnym, Kraków: Wolters Kluwer, p. 314, 2007; KMIECIK, R., Zakazy dowodowe - pojęcie i ich klasyfikacja.Skutki Procowe naruszenia zakazów, reguł i gwarancji Procowych w postępowaniu dowodowym. В кн .: КМИЭКИК, Р. (редактор). Prawo dowodowe. Zarys wykładu, Warszawa: Wolters Kluwer, стр. 215, 2008.

38

- BIKOWSKA, M. Dowód pośrednio nielegalny w polskim processing karnym. Wojskowy Przegląd Prawniczy, №1-2, стр. 123, 2012.

39

- Решение Апелляционного суда Варшавы от 9 октября 2017 г. II AKa 310/17. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г .; Решение Апелляционного суда Гданьска от 22 июня 2016 г. по делу № II AKa 150/16. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

40

- Решение Верховного суда Польши от 9 октября 2019 г.II КК 500/18. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г .; Решение Апелляционного суда Познани от 17 июня 2014 г. по делу № II AKa 107/14. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

41 год

- ЯНЬИНСКИЙ, В.Rozdział 26. Zakazy wykorzystywania dowodów, p. 2605.

42

- Решение Апелляционного суда Познани от 17 июня 2014 г. II AKa 107/14.

43 год

- JASISKI, W. Rozdział 26. Zakazy wykorzystywania dowodów, p. 2673.

44 год

- ГОРА, Ł. Aksjologia processowa a dopuszczalność dowodu z art. 168а к.п.к. Państwo i Prawo, n. 10, стр. 121-132, 2018; ГРУЗА, Ева; ГОК, Мечислав, МОЩИНСКИЙ, Ярослав. Kryminalistyka, czyli o współczesnych metodach dowodzenia przestępstw.Загадние креветки. Варшава: Вольтерс Клувер, стр. 83, 2020.

45

- Апелляция Уполномоченного по правам человека в Польше по статье 168a УПК. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

46

- RUSINEK, M. Rozdział 25. Zakazy odnoszące się do sposobu dowodzenia. В кн .: Скорупка Дж. (Редактор). Система Prawa Karnego Procesowego.Том VIII. Ченсьць 2: Доводы. Варшава: Вольтерс Клувер, стр. 2301, 2019.

47

- Решение Верховного суда Польши от 27 июня 2017 г. II КК 82/17. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

48

- KULESZA, C. Rozdział 10. Obrońca. В: КУЛЕСЦА Ц. (редактор). Tom VI: Strony i inni uczestnicy postępowania karnego.В: HOFMAŃSKI, P. (редактор). Система права карного процесса, Варшава: Вольтерс Клувер, стр. 972-973, 2016.

49

- Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

50

- КАРЬЯКИН Э.А. Асимметрия правила о допустимости доказательств в уголовном судопроизводстве как форма реализации положения о благоприятствовании защиты.Российская юстиция, п. 9, стр. 33 - 36, 2017; ИСАЕНКО, В. Вопросы допустимости доказательств в материалах судебной практики. Уголовное право, п. 5, стр. 113 - 120, 2017.

51

- БАЛАКШИН В.С. Признание доказательств, полученных с нарушением требований уголовно-процессуального закона, недопустимыми и исключение их из уголовного дела. Российский судья, п. 1, стр. 38 - 45, 2018.

52

- НАУМОВ, К.А. Новый шаг законодателя: повысится ли эффективность судебного контроля и прокурорского надзора? Законность, п.4, стр. 41 - 44, 2017.

53

- Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. Доступно на: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

54

- Указания Верховного Суда РФ по применению положений Конституции РФ от 3 марта 2004 г. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г.

55

- Судебный департамент при Верховном Суде РФ. Статистические данные о решениях судов в 2019 году. Доступно по адресу: . Доступ: 10 сентября 2020 г .; Хьюман Райтс Вотч. Постоянные пытки и жестокое обращение. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

56

- Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за 2018 г., Вестник Верховного Суда Российской Федерации, n.1, 2019.

57 год

- ЧЕБОТАРЕВА, И. Отказ подозреваемого, обвиняемого от назначенного защитника: правовые позиции Конституционного Суда РФ. Адвокатская практика, п. 6, стр. 28 - 32, 2019.

58

- Постановление Правительства об оплате услуг адвокатов от 1 декабря 2012 г. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

59

- СЕРЕДНЕВ В.А. К вопросу некоторых причин профанации адвокатской деятельности в отечественном уголовном процессе.Advokatskaa praktika, n. 3, стр. 39-44, 2019; КУРЧЕНКО, В. Н. Обеспечение раскрываемого права на заситу: интерпретация в судебной практике. Уголовное парво, п. 1, стр. 89-95, 2019.

60

- ФРАНЦИФОРОВА, С.Ю. Правовые гарантии деятельности адвоката в уголовном судопроизводстве. Адво-катская практика, п. 5, стр. 14 - 18, 2019.

61

- Решение Верховного Суда РФ от 6 марта 2016 г. 70-О12-3. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

62

- ДЖАБИРОВ, А. Безмолвное признание, или Молчать мозно по-разному. Ez Jurist, n. 13, стр. 8, 2016.

63

- БАЕВ, О .; СОЛОДОВ, Д. Производство следственных действий: криминалистический анализ УПК России, практика, рекомендации. Москва: Эксмо, с. 157-158, 2010.

64

- СОЛОВЬЕВА, Н.А .; ПЕРЕКРЕСТОВ В. Н. Доказательная функция признания. Российская устьица, п.11, стр. 13-18, 2008; КОРНАКОВА, С. В. Некоторые суждения о несовершенстве нормы упк рф, касающихся признания вина обвиняемым. Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения, н. 4 (26), с. 113, 2019.

65

- HO, H.L. Обоснование справедливого судебного разбирательства для исключения неправомерно полученных доказательств. В: ГЛЕСС С., РИХТЕР Т. (редакторы). Обеспечивают ли правила исключения справедливое судебное разбирательство? Ius Gentium: Сравнительные перспективы закона и правосудия, т. 74, стр. 283-305, 2019.

66

- Европейский суд по правам человека. Анализ статистики 2019. Доступно по адресу: . Время доступа: 10 сентября 2020 г.

Declaração de conflito de interesses (заявление о конфликте интересов):

авторы подтверждают отсутствие конфликта интересов при проведении данного исследования и написании данной статьи.

Declaração de autoria e especificação das contribuições (заявление об авторстве):

все и только исследователи, которые соответствуют требованиям к авторству данной статьи, перечислены в качестве авторов; все соавторы несут полную ответственность за эту работу в полном объеме.

Денис Солодов:

концептуализация, методология, курирование данных, исследование, написание - первоначальный черновик, проверка, написание - просмотр и редактирование, утверждение окончательной версии.

Илья Солодов:

концептуализация, методология, курирование данных, исследование, написание - первоначальный черновик, проверка, написание - просмотр и редактирование, утверждение окончательной версии. [email protected]

Declaração de ineditismo e originalidade (декларация оригинальности):

авторы заверяют, что опубликованный здесь текст ранее не публиковался на каком-либо другом ресурсе и что дальнейшая переиздание будет происходить только с явным указанием ссылки на эту оригинальную публикацию; они также подтверждают отсутствие стороннего плагиата или самоплагиата.

Dados do processo редакционная статья

(http://www.ibraspp.com.br/revista/index.php/RBDPP/about/editorialPolicies) Recebido em: 20/04/2020 Controle preliminar e verification de plágio: 08/06/2020 Avaliação 1: 24 / 06/2020 Avaliação 2: 07.07.2020 Avaliação 3: 20.07.2020 Decisão preliminar: 30.07.2020 Retorno rodada de correções 1: 10.09.2020 Decisão editorial 2: 15.09.2020 Retorno rodada de correções 2: 16.09.2020 Окончательная редакция: 16.09.2020 Equipe editorial envolvida Главный редактор: 1 (VGV) Редакторы: 3

COMO CITAR ESTE ARTIGO:

СОЛОДОВ Денис; СОЛОДОВ Илья.Правовые гарантии от недобровольного признания в преступлении в Польше и России. Revista Brasileira de Direito Processual Penal, Porto Alegre, vol. 6, п. 3, стр. 1661-1698, комплект. / Дез. 2020. https://doi.org/10.22197/rbdpp.v6i3.368

Как подделка документов может быть опаснее, чем вы думаете

Недавно политик Мелисса Ховард была вынуждена отказаться от участия в гонке за место в доме Флориды после того, как было обнаружено, что она подделала свой диплом Университета Майами.

Она легко отделалась 90-дневным испытательным сроком и 25 часами общественных работ, которые должны были быть выполнены через два месяца. Ховард также будет платить секретарю суда 55 долларов в месяц за ее надзор и дополнительно 50 долларов за судебные издержки. Хотя потеря ее потенциального места в Палате представителей может быть самой суровой частью наказания, зачастую подделка или фальсификация документов может привести к более серьезным последствиям.

Подделка документа считается преступлением "белых воротничков".Он включает в себя изменение, изменение или модификацию документа с целью обмана другого человека. Это также может включать передачу копий заведомо ложных документов. Во многих штатах подделка документа является уголовно наказуемым деянием.

Когда документ подделывается, это обычно делается в связи с более широкими преступными целями, такими как уклонение от уплаты налогов или, как в случае с Мелиссой Ховард, - создание поддельного диплома, чтобы он выглядел как выпускник университета.

Чтобы быть признанным виновным в подделке документов, обвиняемый должен действовать с преступным умыслом.Некоторым формам бизнеса, таким как корпорации, также могут быть предъявлены обвинения в подделке документов.

Типы документов, которые часто подделываются, включают:
  • Налоговые декларации и отчеты о прибылях и убытках
  • Персональные чеки
  • Записи по банковскому счету
  • Бухгалтерские книги
  • Иммиграционные документы (например, визы, паспорта и т. Д.)
  • Удостоверения личности и свидетельства о рождении

Какие действия могут считаться подделкой документа?

Существует несколько способов возникновения проблем из-за фальсификации или подделки документов, в том числе:

  • Изменение или искажение фактической информации, такой как цены или денежные суммы
  • Подделка подписи или других официальных документов
  • Использование официальных бланков без разрешения
  • Сокрытие активов или имущества, наиболее вероятно при банкротстве
  • Умышленное использование или распространение поддельного документа
  • Уничтожение информационных материалов для расследования

Лицо может быть привлечено к уголовной ответственности только в том случае, если оно действует с целью обмана.Если кто-то использует документ, который, как он и не подозревал, был поддельным, скорее всего, его не признают виновным в преступлении.

В случае Мелиссы Ховард, согласно статье в «Майами Геральд», следователи говорят: «Подсудимая Мелисса Ховард намеревалась обмануть и исказить свою связь и академическое положение с Университетом Майами. Кроме того, ответчик предъявил фиктивный диплом и назвал его истинным, хотя и знал, что он фальшивый ».

Какие штрафы за подделку документов?

Помимо возможных финансовых штрафов и вероятного лишения свободы, подделка документов может иметь несколько других последствий.Это может привести к увольнению с работы, снижению кредитного рейтинга, дисквалификации для получения банковских ссуд, основанию для неприемлемости паспортных данных, судебным искам или более частой проверке со стороны IRS.

Если вас обвиняют в подделке или подделке документов, вы можете поговорить с адвокатом по уголовным делам. Опытный адвокат по уголовным делам может помочь объяснить законы вашего штата. Они также могут помочь определить, есть ли у вас дело, чтобы утверждать, что преступный умысел отсутствовал.

Артикулы:

Nealeigh, S. (14 сентября 2018 г.). Экс-кандидат солгала о своем образовании. Она узнает, во сколько это ей обойдется. Получено 19 сентября 2018 г. с сайта https://www.miamiherald.com/news/politics-government/state-politics/article218386840.html

.

Законы Флориды о подделке документов. (нет данных). Получено 19 сентября 2018 г. с сайта https://statelaws.findlaw.com/florida-law/florida-forgery-laws.html

.

Как достижения в области электронной микроскопии с временным разрешением могут улучшить визуализацию биологических образцов? Работа на пороге открытия в Институте Розалинды Франклин - 2 сентября 2021 г. - Д-р Эмануэла Либерти - Новости науки о жизни Статьи

Сканирующая трансмиссионная электронная микроскопия (STEM) уже давно является важной технологией для понимания структуры материалов в физических науках и науках о жизни.В последнее десятилетие STEM-технологии развивались почти по отдельности в изучении неорганических и биологических материалов; однако новые методы исследования жизни возникают из-за наложения этих полей. Одним из таких технологических достижений является получение изображений с высоким разрешением с использованием электронов.

Занимаясь преобразованием наук о жизни посредством междисциплинарных исследований и развития технологий, Институт Розалинды Франклин в кампусе Харвелл в Оксфордшире проводит исследования в этом направлении, предлагая новаторский инструмент STEM для визуализации биологических материалов, задуманный и разработанный в рамках Темы коррелированной визуализации.
Ruska - первый из трех приборов, разрабатываемых во Франклине, уникально разработанных для получения изображений с беспрецедентным пространственным и временным разрешением криогенно замороженных биоматериалов и биологических образцов в жидкости.
Команда Correlated Imaging Института Розалинды Франклин проверяет установку Ruska. Д-р Эмануэла Либерти, д-р Чен Хуанг, профессор Ангус Киркланд (слева направо). Фото: Райан Коуэн.

Импульсное освещение для беспрецедентного временного и пространственного разрешения

Структурное повреждение биологических образцов является основным фактором, ограничивающим в настоящее время пространственное и временное разрешение в STEM [1].Электроны повреждают биологическое вещество в зависимости от энергии, переданной образцу во время облучения (т. Е. Дозы электронов). Повреждение происходит в зависимости от энергии первичных электронов, передаваемой ускоряющим напряжением микроскопа. Ruska может работать в широком диапазоне ускоряющих напряжений, от 300 кВ до 40 кВ, чтобы обеспечить максимальную гибкость при выборе энергии первичных электронов.
Микроскоп также имеет переменную импульсную подсветку. В источнике электронов быстрый глушитель луча (или электростатический модулятор дозы) распределяет электроны по образцу «импульсами» с регулируемой длительностью от мкс до мс.Количество электронов в каждом импульсе также регулируется, что позволяет точно контролировать дозу. Эта способность регулировать освещение улучшает пространственное и временное разрешение, потому что образец отображается в течение коротких периодов времени, в то время как повреждение контролируется [2]. Импульсное освещение особенно полезно для визуализации в жидкостях, в которых минимизация повреждений важна для предотвращения управляемой лучом динамики.
Ruska также имеет электростатическую оптику для записи подкадров. Эта технология быстро отклоняет луч в разные области высокоскоростной камеры в программируемой последовательности [3].Таким образом, процесс записи лишь частично ограничивается скоростью камеры, что улучшает временное разрешение до сотен тысяч кадров в секунду.


Рис. 1. Типичный сканирующий просвечивающий электронный микроскоп с двойной коррекцией. Ruska улучшает стандартную конструкцию за счет использования высокоскоростных электростатических глушителей, один установлен после электронной пушки, а другой - перед камерами (не показаны). У Ruska есть кольцевые детекторы для стандартной визуализации STEM (здесь показан только один), а также высокоскоростные камеры для улучшенного временного разрешения.Кольцевые детекторы интегрируют интенсивность рассеяния в кольцевой диапазон углов рассеяния, в то время как высокоскоростные камеры собирают весь диапазон углов рассеяния.

Улучшение контраста с помощью методов электронной птихографии с восстановлением фазы

Коррекция оптических аберраций

Ruska является ключом к улучшенному пространственному разрешению прибора для изучения биологических материалов [4] (рис. 1). Хотя корректоры обычно используются в физических науках для изучения неорганических материалов, их применение в биологии ограничено.В Ruska аппаратная коррекция аберраций линз применяется как к пропускающим (ПЭМ), так и к сканирующим (STEM) оптическим компонентам. В режиме ПЭМ корректор изображения улучшает фокусировку образца линзой объектива, что приводит к лучшей передаче информации на высокой пространственной частоте. Однако передача низких частот по-прежнему остается плохой, а это означает, что биологические структуры могут быть трудно различимы на отдельных изображениях. Достижение высокого контраста еще труднее для криогенно замороженных образцов или в жидкостях, потому что окружающая подложка, которая имеет такую ​​же плотность, как образец, еще больше ухудшает качество изображения.
Обходной путь заключается в использовании улучшенного разрешения коррекции аберраций в сочетании с методами визуализации с фазовым восстановлением. Эти методы используют изменение передачи информации с настройкой освещения для улучшения контраста в диапазоне пространственных частот. Методы восстановления фазы применимы как в режиме ПЭМ, так и в режиме STEM. Франклин применил метод восстановления фазы в STEM, недавно разработанный для физических наук (например, электронная птихография), для изображения биомолекул (например,грамм. замороженные гидратированные двухслойные наночастицы ротавируса) с улучшенным контрастом по сравнению с крио-ЭМ [5]. Изображения более высокого качества могут уменьшить в настоящее время большое количество частиц и наборов данных, необходимых для достижения атомарного разрешения в 3D-реконструкциях отдельных частиц. Методы фазового восстановления также не привязаны к однородному набору мелких частиц, но могут охарактеризовать большие площади (1 мкм2) гетерогенных образцов для определения распределения или взаимодействия.
В методе поиска фазы STEM сходящийся электронный зонд сканируется по образцу для записи двумерного массива когерентных (интерференционных) электронограмм, который затем подается в псевдографический итерационный механизм (ePIE) для восстановления волновой функции выхода объекта, полученной в результате рассеяние электронным пучком (рис. 2).ePIE - это вычислительный метод, используемый в микроскопии для определения фазы функции объекта путем обратного вычисления (так называемая «фазовая задача») [6]. Полоса пропускания пространственных частот, которая передается в этом процессе восстановления фазы, зависит от угла конвергенции зонда, который можно регулировать для получения сильного фазового контраста (рисунок 2).
Преимущество коррекции зонда, когда Ruska работает в режиме STEM, заключается в большом диапазоне углов конвергенции, доступных для визуализации, поскольку улучшается фокусировка системы формирования зонда.Например, для устойчивых к лучу образцов сходящийся зонд размером субангстрема обеспечивает поперечное атомное разрешение и субнанометровое разрешение по глубине. Однако маленькие зонды обладают чрезвычайно высоким потоком электронов (более чем в десять тысяч раз превышающим требуемый), который полностью разрушает биологические материалы. Франклин планирует использовать зонд-коррекцию для визуализации биологических материалов с высоким пространственным разрешением с использованием разреженной геометрии сканирования, предназначенной для разумного распределения потока электронов.Методы разреженного сканирования, в которых интервал между положениями сканирования варьируется в пространстве и времени в геометрической или случайной последовательности, уже разрабатываются для визуализации неорганических материалов в жидкости и могут предоставить новые методы визуализации в биологии [7]. Для этого Ruska оснащена дополнительным генератором случайной развертки. Эта технология может изменить шаблон сканирования сканирующих катушек для разработки интеллектуального сканирования пикселей с субдискретизацией.
Рис. 2. Схема эксперимента электронной птихографии для визуализации биомолекул.Когда электронный зонд сканирует образец, прямой детектор собирает картину дифракции электронов с когерентным пучком (CBED). Этот набор 4D STEM-данных подается в электронный Ptychographic Iterative Engine (ePIE) для восстановления сложных объектов и функций зонда.

Быстрое прямое обнаружение электронов для максимального временного разрешения

Вместе с быстрыми бланкерами ключевой технологией, которая делает Ruska прибором с временным разрешением, является быстрое прямое обнаружение электронов. Прямые детекторы произвели революцию в электронной микроскопии за последнее десятилетие [8].Что отличает эти камеры от обычных датчиков, так это их улучшенная скорость записи и квантовая эффективность детектора (DQE). Эти расширенные возможности приводят к лучшему соотношению сигнал / шум, даже когда для визуализации используется небольшое количество электронов, что имеет огромное значение как для естественных наук, так и для наук о материалах. Одним из примеров является крио-ЭМ «революция разрешения», когда теперь возможно получение изображений белковых структур с атомарным разрешением с использованием прямого обнаружения и усреднения по отдельным частицам [9].Появление прямых детекторов электронов также произвело революцию в получении изображений на месте. Здесь скорость записи жизненно важна для регистрации быстрых динамических событий, в то время как эффективность детектора необходима из-за низкой дозы, необходимой для минимизации взаимодействия электронного луча со средой.
Прямые детекторы - важная технология для получения биологических изображений с высоким пространственным и временным разрешением. Ruska будет оснащена тремя детекторами прямого действия электронов (высокоскоростными камерами на Рисунке 1). Каждая из этих камер оптимально работает при различных ускоряющих напряжениях и режимах визуализации.Что наиболее важно, все эти детекторы имеют очень высокую частоту кадров записи - тысячи изображений в секунду. Камеры также могут быть синхронизированы с бланкерами и генератором сканирования для достижения максимального контроля над потоком электронов, скоростью освещения и временем записи.

Технология жидких ячеек

Наша конечная цель - изучить биологические процессы в естественной среде обитания в реальном времени [2]. Это означает, что получение изображений на месте должно охватывать широкий диапазон пространственного и временного разрешения.Ruska достигнет пространственного разрешения от микромасштаба до молекулярного масштаба и временного разрешения от милли до микросекунд, сохраняя образец в жидкой среде. В микроскопе будет установлен держатель кювет новой конструкции, который может удерживать раствор образца между электронно-прозрачными мембранами, сделанными либо из нитрида кремния, либо из графеновой фольги, защищая образец от вакуумной среды микроскопа (рис. 3). Эта технология позволит изучать широкий спектр биологических систем, включая взаимодействия лекарств с мишенями, сборку полимеров и динамику белков.Кроме того, Ruska оснащена новыми детекторами рентгеновского излучения с двойной энергетической дисперсией для химического картирования. Эта технология позволяет собирать химические данные на месте, расширяя возможности микроскопа до аналитической спектроскопии для биологии в жидкостях. Интеграция визуализации жидких клеток с возможностями высокого пространственного, временного и химического разрешения Ruska позволит получить доступ к ранее скрытым быстрым динамическим событиям в 4D. Более глубокое понимание молекулярной динамики, действующей в живых системах, можно рассматривать как один из фундаментальных строительных блоков для улучшения нашего понимания всех биологических / медицинских систем.
Рисунок 3. Схема держателей ТЕМ с жидкими ячейками. Держатели LCTEM могут вмещать микросхемы, сделанные из подложки Si и прозрачных для электронов окон Si3Nx, или графеновых решеток. В обеих технологиях образец в растворе инкапсулируется и герметично закрывается от сверхвысокого вакуума в колонке микроскопа.
Франклин финансируется через Исследовательский и инновационный центр Великобритании через Совет по исследованиям в области инженерных и физических наук (EPSRC). Институт является независимой организацией, основанной Исследовательским центром Великобритании, десятью британскими университетами и Diamond Light Source с центральным центром в Научно-инновационном кампусе Харвелла.Он приветствует запросы о совместных исследованиях.
Для получения дополнительной информации об электронном микроскопе Ruska обращайтесь: [email protected]

Ссылки

1. Russo, C.J .; Эгертон, Р. Ф., Повреждения при электронной криомикроскопии: уроки биологии для материаловедения, Бюллетень MRS 2019, 44 935-941.

2. de Jonge, N .; Houben, L .; Дунин-Борковский; Росс, М. Фрэнсис, Разрешение и коррекция аберраций в просвечивающей электронной микроскопии жидких клеток, Nature Review Materials 2019, 4 61-78.
3. Reed, B.W .; Moghadam, A. A .; Блум, Р. С .; Парк, С. Т .; Monterrosa, A.M .; Цена, П. М .; Barr, C.M .; Briggs, S.A .; Хаттар, К; McKeown, J. T .; Масиэль, Д. Дж., Электростатические субкадры и сжатие видео в просвечивающей электронной микроскопии, Structural Dynamics 2019, 6 054303
4. Hosokawa, F .; Sawada, H .; Кондо, Й .; Такаянаги, К .; Суэнага К. Разработка корректоров Cs и Cc для просвечивающей электронной микроскопии. Микроскопия 2013, 62 (1), 23-41.
5.Zhou, L .; Song, J .; Kim, J. S .; Пей, X .; Хуанг, С .; Boyce, M .; Mendonça, L .; Clare, D .; Зиберт, А .; Allen, C.S .; Liberti, E .; Стюарт, Д .; Пан, X .; Nellist, P.D .; Zhang, P .; Kirkland, A.I .; Ван П. Фазовое извлечение биологических образцов с использованием низких доз с использованием криоэлектронной птихографии. Nature Communications 2020, 11 2773.
6. Дева, А. М .; Роденбург, Дж. М., Улучшенный алгоритм пихографического поиска фазы для дифракционной визуализации, Ультрамикроскопия 2009, 109 1256-1262.
7.Коварик, Л .; Стивенс, А .; Лию, А .; Браунинг, Н. Д., Внедрение точного и быстрого подхода к отбору разреженных проб для получения изображений STEM с низкой дозой атомного разрешения, Applied Physics Letter 2016, 109 164102.
8. MacLaren, I .; Macgregor, T. A .; Allen, C.S .; Киркланд, А. И., Детекторы. Продолжающаяся революция в сканирующей просвечивающей электронной микроскопии и почему это важно для определения характеристик материалов. Материалы письма по прикладной физике 2020, 8 110901.
9. Кюльбрандт В. Революция резолюций.Наука 2014, 343 6178.

.
alexxlab

*

*

Top